Слав 7. Нашествие

Ты просто не понимаешь, каково это, – сидеть дома, когда есть возможность повоевать. Ведь ты не знаешь, что я чувствую. А вот если бы ты мог ощутить то, что ощущаю я, то понял бы всё.

Слав с интересом посмотрел другу в глаза. Естественно, он отлично понимает, что Кор уже давно не тот простой парень, который впустил под свой кров бездомного, оборванного чужака из другого мира. И тут дело даже не в том, что прошло уже много лет с той ночи, когда Славу удалось, наконец-то, выйти к человеческому жилью.

Просто Кор теперь – волкодлак. И поэтому нет ничего удивительного в том, что друг стал иначе воспринимать окружающий мир. Что всё для него приобрело другую, отличную от человеческого восприятия действительности, цену.

Снова откусив кусок хорошо прожаренного над костром мяса, Слав поинтересовался:

–Может, объяснишь?

Кор снова пожал плечами, отчего его короткая чёрная шерсть глянцево заблестела, словно бы играя со светом костра:

–Не думаю, что у меня это получится.

Слов не хватит.

Тогда Слав, бросив в сторону скромно ужинающей жены заговорщицкий взгляд, подбодрил волкодлака:

–А ты попробуй. Если мы с Ласой чего-то не поймём, то переспросим.

Посмотрев на жену друга, Кор ещё раз пожал плечами. После чего, тяжело вздохнув, как будто принял какое-то невероятно важное, но очень сложное решение, заговорил:

–Я попробую. – Он немного помолчал. – С тех пор, как я стал волкодлаком, всё для меня стало не такое, как я привык с детства.

Всё изменилось. Вообще – всё!

Кор замолчал, с ожиданием глядя другу в глаза. Слав, проглотив непрожёванное мясо, с улыбкой кивнул:

–Ну, это-то как раз понятно. Ты мне скажи, что конкретно изменилось-то?

Кор снова пожал плечами:

–Да всё изменилось! Я же тебе про это и говорю. И с каждым днём всё становится ещё более не таким, как я привык, когда ещё был человеком. Уже столько лет прошло, а я всё ещё не могу к этому привыкнуть. – Он сдвинул брови так тесно, что два этих чёрных бугорка почти слились в единое целое.

 – Нет, не так! Мне иногда кажется, что я уже к этому привык. Но уже через пару часов понимаю, что что-то снова изменилось. И всё начинается сначала.

Слав не стал задавать новых вопросов. Он просто не знал, какие именно вопросы следует задать, чтобы помочь другу излить душу.

Какое-то время в шатре царствовала тишина. Только негромкие звуки лесного лагеря воинов Народа пытались разогнать эту тишину.