Гордые души

Вот оно, доминирующее выражение лица истинного капо, которое тут же вернулось к холодному безразличию.

– Брось, она в полной безопасности со мной, – толкнув брата в плечо, ответил Антонио.

– Никакая девушка не будет в безопасности рядом с тобой.

Глаза Антонио буквально заблестели, когда в зале появились Конделло. Элена под руку с Лино грациозно вышагивала к своему столу.

– Твоя сестра сногсшибательна, как жаль, что она досталась такому идиоту, – вздохнул Антонио, будто давно и безнадежно был влюблен в Элену, но она выбрала другого.

Его сожаление продлилось ровно минуту, пока в поле зрения не появилась еще одна стройная длинноногая итальянка.

Я перенесла вес с одной ноги на другую, так как ноги предательски болели от долгого пребывания на одном месте. Гостей становилось все больше, нескончаемый поток лиц с масками дружелюбия выражал нам с Кристиано самые светлые и искренние поздравления. Прошла вечность, когда, наконец, моя попа встретилась с мягкой обивкой на стуле.

Стол, где расположилась моя семья, был буквально в нескольких метрах от нашего. Я встретилась взглядом с Розабеллой, она тут же улыбнулась мне и помахала рукой.

Ее шикарные длинные волосы, заколотые с обеих сторон заколками, блестели под освещением. Пушистые черные ресницы, которые не нуждались в туши, делали ее и без того большие зеленые глаза ярче. Мне так хотелось подойти к ним.

Вкусная еда являлась залогом успешной итальянской свадьбы. Танцы и живая музыка служили лишь фоном и дополнением к празднику. По традиции первым становился танец жениха и невесты, потом к ним подключались родители и затем смена партнеров по желанию.

– Благодарю за танец, – выразив уважение главе семьи из Бельгии, я поспешила в уборную.

Это заняло больше времени, чем обычно, гораздо больше. Благополучно справившись, перед выходом я посмотрела в зеркало.

– Позволь прояснить, молодая особа, – начал он, отпустив мою руку. – Если ты считаешь, что спрятавшись за спину молодого щенка и уехав из страны, имеешь право все забыть…

– Вам не кажется, что вы слишком зациклены на том, чтобы нагнать ужас, но вызываете лишь смех? – перебила я.