Нежность отца подруги 2

На ней короткая юбка, и могу поспорить, она специально медленно шла, чтобы Тепляков мог рассмотреть ее ножки и поставить зачет без мучений.

Зря старалась. Тепляков спрашивал строго и пресекал флирт на корню. Задал ей кучу вопросов, и бедная Маринка уже чуть не плакала, поняв, что ее отправят на пересдачу. Вот же монстр! Едва ли кто-то из нашего курса пойдет работать в страховую компанию. На фиг нам вообще сдалось это дурацкое страховое право?!

Тепляков закрыл Маринкину зачетную книжку, не сделав в ней отметки о сдаче.

Она насупилась, взяла рюкзак и вылетела из аудитории, забыв повилять бедрами.

– Следующий. Короткова, пожалуйста, – приглашающим жестом показывает на первую парту перед собой.

У меня внутри все кипит от страха. Дрожащими руками беру лист со своими каракулями, что написала в спешке, и зачетку. Сейчас он мне устроит, тоже со слезами убегу.

Сажусь напротив Ростислава Андреевича и не смею поднять на него глаз. Смотрю в свой текст и не могу разобрать ни слова.

Да что за фигня? В голове какая-то каша, состоящая из терминов в области страхования и воспоминаний о вечере в ресторане, когда он зажал меня в темном углу и рассматривал мои губы.

– Вы не ходили на мои пары, – сурово говорит Тепляков. – Надеюсь, хорошо подготовились. Потому что вместо трех стандартных вопросов, я задам Вам пять – два дополнительных, за прогулы. Надеюсь, вы хорошо провели время вместо того, чтобы сидеть на скучной лекции.

Кто-то из студентов громко засмеялся, а я порозовела от смущения.

Он сказал это таким тоном, будто вместо учебы я где-то трахалась. Ну да, лежала в полной прострации и смотрела в потолок. Но попробуйте убедить в этом Теплякова!

– Читайте первый вопрос, – велит он, листая мою зачетную книжку. Смотрит мои оценки, ага. Сейчас он очень удивится, увидев несколько «отлично».

– Дайте определение терминам «страхователь», «страховщик», – чужим голосом читаю билет.

– Давайте определение, – откладывает зачетку и выжидающе смотрит на меня.

– Страхователь – это лицо, заключившее договор страхования. Может быть как физическим, так и юридическим, – запинаюсь и смотрю на него. Его синие глаза высекают искру где-то внизу моего живота, и я краснею.

– Дальше, – подстегивает он.

И тут меня прорывает, словно плотину. Я пересказываю ему весь учебник, касаясь тем, которые даже не упоминались в билете. Ростислав Андреевич явно озадачен. Хотел меня завалить, но ничего не вышло.