Нежность отца подруги

– Папа, мне идут эти серьги? Ксю, нравится? – Маша крутит головой влево, потом вправо, красуясь симпатичными массивными серьгами с красным камушком.

– Очень идут, – отвечает отец. – Ты у меня красавица, тебе идет решительно всё.

Мне даже завидно стало, как он это сказал. Мой отец никогда в жизни не говорил мне подобных слов, не покупал дорогих подарков.

Ростислав Андреевич позволил мне ненадолго почувствовать себя принцессой. Я привыкла, что мой папа всегда уставший после тяжкого труда, и никогда не требовала внимания.

Ростислав Андреевич расплачивается с покупками, отправляет нас в машину, а сам идет за кофе.

– Маша, какой у тебя хороший папа, – говорю я, провожая его очарованным взглядом.

– И не говори. Он у меня вместо мамы. Заботливый, даже чересчур. Каждый шаг контролирует. Представляешь, он даже с врачом моим разговаривал по душам – с гинекологом, блин!

– Повезло тебе, – вздыхаю.

– Ага, – хмыкает Маша. – Он тот еще монстр.

Уже стемнело. Как же классно мы провели эти несколько часов! Реально давно не получала такого удовольствия от шопинга.

Ростислав Андреевич приносит нам кофе в стаканчиках и по паре разноцветных печенек макарунов.

– Извиняюсь, что не везу вас на ужин, – говорит он. – У меня встреча с партнером через двадцать минут.

Он доставляет меня до дома в порядке первой очереди. Забираю покупки и, быстро попрощавшись, выхожу из машины.

Чёрт! Забыла сказать ему спасибо, неблагодарная гадина.

***

Дома увидела ценник на колье и ахнула. Тепляков заплатил за него 80 тысяч. Обалдеть, вот так просто взял и спустил 140 тысяч на чужого, по сути, человека!

В голове не укладывается: зачем ему это надо? Неужели и правда деньги некуда девать? Или это своего рода благотворительность? Отсыпь немного бедным, и будет тебе счастье.

– Что за красота? – интересуется моя соседка по комнате Карина.

Она сидит на кровати, сложив по-турецки ноги, и покрывает ногти ярко-красным лаком.

– Колье с бирюзой.

– Папик что ль твой подарил?

– Да никакой он мне не папик, Карин! – вспыхиваю. – Сколько раз тебе говорить?

– Но ты не прочь да, чтобы он им стал? – продолжает меня допекать.

– Ничего не получится. Ростислав Андреевич не для меня. Во-первых, я ему не интересна. Во-вторых, Маша никогда этого не поймет.