Сюрприз для миллиардера

В остальном оказалось, что никаких сложностей не возникает, старых фотографий здания в хорошем состоянии у нас навалом, но работы много, и она кропотливая.

Уже ближе к концу рабочего дня, когда у меня глаза едва не выпадывали, меня вызвал к себе начальник.

– Зоя, как у вас дела с проектом? – поинтересовался он.

– Хорошо всё, но там куча мелочовки, так что, карпеть долго будем, – отчиталась, как есть.

– Хорошо, что проблем нет, – похоже, мой ответ начальника не особо-то волновал. – А что ты, Зоя, делаешь сегодня вечером?

Если до этого у меня глаза едва не выпали от усталости, то сейчас уже от шока.

– Не надо задавать таких вопросов, – как можно спокойней ответила ему. – Давайте соблюдать субординацию.

Такого ответа начальник услышать, похоже, не ожидал. Он думал, наверное, что я тут же паду ниц, когда пойму, что он ко мне подкатывает.

– Ладно, забудь, – на удивление, он сумел взять себя в руки, и не стал угрожать или ещё что-то в этом роде. Хотя, по его лицу я видела, что ему хочется.

– Всё, я могу быть свободна?

– Да, конечно, – и я пробкой вылетаю из кабинета, возвращаясь на своё рабочее место.

– Чего Петрович хотел? – спрашивает Кирилл.

– Да ничего, про проект спросил, и про здоровье. Сам понимаешь, мне сейчас лучше на больничный не ходить, – отмахнулась я, и мы вернулись к работе.

После работы в автобусе меня тошнило. У женщины рядом духи были с запахом тухлятины. Я понимала, что это не так, но отчётливо ощущала запах тухлого мяса.

В итоге я выскочила раньше на остановку, пришлось идти до дома пешком.

Готовя вечером, я пыталась подобрать продукты, от которых мне точно не станет плохо. В итоге я ела варёную картошку с солью. И аппетит разыгрался так, что умяла я две тарелки, после чего лежала на диване объевшаяся.

Такое со мной бывало редко. И всему причиной, конечно, беременность. Но ещё неделя, и её не будет…

Я сознательно старалась запрещать себе слова "ребёнок" и прочие. Так было проще. Будто бы я не аборт сделаю, а избавлюсь от болезни, которая могла бы разрушить мою жизнь.

Но, несмотря на собственные доводы, я разрыдалась. До икоты просто, залив слезами всю подушку. Бессильно сжимая кулаки, я думала о том, что никакого будущего не будет ни у меня, ни у… моей беременности, если я решу рожать. Но проще от этого не становилось.

Вот так, вся в слезах, я и уснула. На следующий дееь был выходной, и я не знала, куда себя деть. Решила пойти хотя бы в парк, чтобы как-то себя занять.