Трехликая сторона. Последний Листопад

Прославленный тактик, о котором мне прожужжали все уши, главный кандидат на престол…

– Как – мертв?!

– Он взял Хофогон и решил идти дальше, вглубь рыцарских территорий, но…

– Проклятье, – тихо выругался Тинал. – Что творится-то…

Наместник Аганды принялся озвучивать список черных плащей, сложивших головы вместе с Мегарой – многочисленные имена ни о чем мне не говорили, зато они были прекрасно известны моим товарищам. Лись упал в кресло и потянулся дрожащими пальцами к липкому кубку, Зонб неосознанно потрогал свою повязку, словно хотел убедиться, что она на месте…

Я ушла через пятнадцать минут.

Выяснила, сколько разорено наших крепостей и сколько захвачено чужих, приблизительно запомнила, где и в каких кондициях сейчас находятся отряды ассасинов, а слушать дальше оказалось выше моих сил.

– Принцесса?.. Вы в порядке? Я собиралась погулять за пределами замка, может, вы составите мне компанию?

– Нет, – хрипло произнесла я, хватая Ангел за локоть. – Пошли. Мне нужна Энас.

Стоя посреди светлой комнаты, до блеска вычищенной служанками Аганды, девочка морщила нос с еле заметной горбинкой, пружинила на месте, пытаясь выпасть из собственного тела и улететь в небытие.

Рукоять с рубином в моих сведенных пальцах служила ей главным стимулом стараться, но, видимо, одной ее было недостаточно. У Ангел не получалось.

– Ты меня разочаровываешь, – щелкнула зубами я, поднимаясь с дивана и перекладывая кинжал в правую руку. – Придется немного помочь тебе.

Ничто в моем ледяном голосе, уверенной походке и презрительных словах не выдавало заранее продуманного блефа.

Я знала, что не смогу покалечить Ангел. И еще я знала про ее впечатлительность.

Дрожа всем телом, девочка закусила нижнюю губу и, не рассчитав силы, пронзила ее прямо до крови. Все произошло именно тогда, в ту секунду, когда на губе ее образовалась жирная алая капля. Глаза ее налились белоснежной пеной, а тело расслабилось, точно так же как в прошлый раз.

С минуту Колдунья смотрела на меня молча, и я вдруг отчетливо поняла, что сама теперь становлюсь на место Ангел – место проигрышное и боязливое, место пешки перед ферзем.

– Ты еще готова называть меня своим другом?

– Разумеется.

Никакой агрессии, метания молний и шипения – прежнее бесстрастное лицо, разве что необычайно печальное. Наверное, я слишком очеловечила ее в своих мыслях.

– Тогда скажи мне, кого я должна избрать королем, чтобы спасти свой клан? Как мне победить Эзикия?

– В этой войне никто не победит.