Мажор из прошлого

Я увидел в конце коридора, как эта тварь, вдавил Владика в стену и пытается залезть ей под подол.

Зрелище было отвратное, но я понял, что он, слава Богу, не успел ещё Владику ничего сделать и без предупреждения врезал Афоне под рёбра. Он тут же обмяк и отцепился от Владика, я не раздумывая, со всей дури, заехал ему в догонку под дых, Афоня сразу повалился на пол с перебитым дыханием. Пересрался урод, когда меня увидел, жаль, что мне нельзя было отвести душу, как следует.

Вспоминая, что я сам себе повторял, как заклинание.

Владик очень изменилась, я это сразу заметил, когда она наконец повернулась ко мне. Из угловатой девчонки-подростка, Владик за восемь лет превратилась в красивую девушку.

Отдавая себе отчёт, что ситуация совсем не та, я всё равно не мог с собой ничего сделать, но разорванный подол, который я увидел на её платье, быстро меня отрезвил, заставив мой мозг работать в нужном направлении.

Как только Владик ушла в комнату, я поднял Афоню за шиворот и предупредил его, что нужно сказать гостям, хотя, как мне показалось, многие и так всё поняли.

Я едва сдержался, чтобы не пнуть этого урода под жопу, как бы в довершении к сказанному им, но это могло испортить мои планы.

Дождавшись, пока все разойдутся, я предложил Корневу поговорить, даже выдержал его снисходительный взгляд.

– Это я убедил Валеру не вмешиваться в ваши разборки, по мне так вы все одинаковые, дети богатых родителей, и Влада, к сожалению, такая же, – после высказывания мудрого бизнесмена Корнева, я сразу сообразил, как мне надо себя вести.

Корнев видит во мне обычного мажора, и я не заставил себя долго ждать, растянувшись нахально на кресле, засунув руки при этом в карманы для выразительности.

Дальше было всё по классике, я предложил ему денег, чтобы забрать без помех, его дочь к себе.

Гордый отец озвучил сумму, которую он рассчитывал получить от Афанасьева, если бы я не помешал.

В ответ, я предложил в два раза больше, но только с дополнительными условиями.

Мне нужно было, чтобы никто не высовывался, пока я не увезу отсюда Владика. Что-то мне подсказывало, что ей будет противно видеть любого обитателя этого дома, после того, что Владик пережила за сегодняшний вечер.