Бабы дуры

– Вот за что я вас люблю, Зося Марковна, что умеете слова приятные найти, – улыбнулась Мадам, – поди, Таисие говорите, что после пятидесяти всё только начинается?

– Ой, девчонка ты совсем, неужто трудно человеку доброе слово сказать, мне ничего не стоит, а людям приятно.

– Дали бы мне рецептик свой волшебный, как и какие травы смешивать, сколько уж прошу, – Мадам капризно надула губки.

– А толку? – пожала плечами Таисия, – у тебя специфика слюны другая.

– А это причём? – подняла брови Мадам.

– Марковна всегда в свои отвары плюёт, оттого и помогают, – Таисия заметила, как Мадам сморщила нос и перевела разговор в другое русло, – забыла вам сказать, вчера соседку свою видела, Машку, ну ту, красотку высокомерную, помните? Из-за неё у меня жизнь изменилась, она с моим мужем вторым шуры-муры крутила. Хоть и не сложилось у них, но и нашу семью разрушила. Так я ей говорю: «здравствуй, Мария Фёдоровна, как дела, как здоровье?». Она сконфузилась, скукожилась, как старый башмак и начала бормотать, что, мол, одна живёт, здоровье ни к чёрту, под сокращение на работе попала, даже до пенсии не дали доработать.

– Всё ясно, можно сказать в одной фразе: «соперница так постарела и пострашнела, смотреть приятно».

Марковна и Мадам рассмеялись, а Таисия нахмурилась:

– Честно сказать, мне, почему-то стало её жалко, глаза у неё словно у побитой собаки.

– Боженька всё видит, за дела наши нам и расплата, – Зося Марковна перекрестилась.

– И то правда, господь с ней, ну что ж, уважаемые, прошу за стол.

Как гостеприимная хозяйка Таисия указала рукой на накрытый стол.

– Матерь божья, – всплеснула руками Марковна, – как же тебе, девонька это удалось?! Всё чистенькое, аккуратненькое, будто из супермаркета. Давненько мы так культурно не питались, если бы я не знала, что у тебя ни копейки не было, подумала бы, что ты всё это купила в ночном магазине, не зря, видать, сегодня на тебя жребий выпал, – женщина смахнула слезу, – наверху знают, кого посылать.

– А, не жалейте меня, – Мадам махнула рукой, – меня моя нынешняя жизнь устраивает.

– Вот в чём твоя беда, ты не умеешь различить, кто тебя жалеет, а кто о тебе беспокоится, «Абсолют», неплохо, – Таисья налила в рюмки водку и подняла свою, – давайте выпьем, подружки, а то на сухую как-то плохо философии разводить.