Бабы дуры

Марковна ахнула, Мадам нахмурилась.

– Весь мир не пережалеешь, давайте помянем, Мадам, ты помнишь, как его звали?

– Кирилл, – ответила Мадам, – прими, господи, душу новопреставленного раба твоего.

Помолчали минуту.

– Это становиться нехорошей традицией, вас это не пугает? – Мадам оглядела всех.

– Совпадения, не бери в голову, – махнула рукой Таисия.

– А если нет? – посмотрела на неё Мадам.

– Абсолютно.

– Давайте-ка, на стол всё, что со вчерашнего осталось, если мало, яичницу с беконом поджарьте, быстро и сытно, за столом и покумекаем.

От рождественского пиршества осталось довольно прилично, но яичницу всё-таки поджарили, быстро накрыли на стол, выпили по рюмочке, помянув Кирилла. Аля, надо отдать должное её терпению или просто боязни, что её не посвятят в великую тайну, помалкивала.

– Неужели мы вместе, чтобы творить злые дела? – Мадам задала себе вопрос вслух.

– Не дури, так распорядилась его судьба, – подняв вверх палец, сказала Таисия.

– Хорошо, если так, – покачала головой Мадам.

– Да что вы, – замахала руками Аля, – вы замечательны! Я, конечно, не понимаю, почему вы такие смурные.

– А и не надо тебе в наших делах копаться, меньше знаешь, лучше спишь, – улыбнулась Марковна.

– Но ведь вы такие дела делаете! Вот я – пример, вы помогли мне из такого болота вылезти, если бы вы знали, что из себя представляет тот, кого я любила! Бр-р! А Максим! Он будто переродился.

– Ты, девочка, не путай божий дар с яичницей, – покачала головой Мадам, – я не буду рассказывать тебе свою кухню, вера движет человеком и плохо, когда он верит во всякие бредни, когда должен верить только в себя и в силу бога.

– Молодец, у меня есть тост, – Марковна решила сменить тему разговора, – никогда не думала, что на душе будет так спокойно и хорошо, когда четыре бабы под одной крышей и каждая со своей дыркой в голове. Во истину говорят – господни пути неисповедимы, ему видней, кто и с кем себя реализовать сможет по жизни, давайте, яичница остывает, а я люблю шипящую.

Выпили, закусили, немного поболтали на отвлечённые темы, но основная так и крутилась в головах собравшихся. Естественно, она должна была найти выход наружу и нашла. Горячо принялись обсуждать и прогнозировать, к чему могут привезти их «забавы», как объяснить и понять образ их жизни, что хорошо, что нет, от добра они выступают или зло взя-ло их в оборот.