Ночь в тоскливом октябре

Одна из маленьких тайн жизни… Во дворе я обнаружил мертвую летучую мышь, пригвожденную к дереву тремя арбалетными стрелами. Это был не Игла, кто-то посторонний. Что-то надо с этим делать…

У покойника исчезли еще кое-какие части тела, и пахло от него не слишком приятно. Я протащил его до следующего укрытия, но делал это без энтузиазма. Вернулся домой – челюсти болят, шея ноет, лапы стерты.

– Я хочу умереть. Я хочу умереть, – раздался тонкий голос почти у меня из-под лап.

– Шипучка, в чем дело? – спросил я.

– Хозяина вырвало прямо здесь, – ответил он. – Я воспользовался случаем и выбрался. Я хочу умереть.

– Продолжай валяться на дороге, какая-нибудь повозка проедет и исполнит твое желание. Все-таки лучше перебирайся на обочину. Давай, я помогу.

Я отнес недужную рептилию в траву.

– Что мне предпринять, Нюх? – спросил он.

– Лежать на солнце и потеть, – сказал я. – Пить много жидкости.

– Не знаю, стоит ли прикладывать такие усилия.

– Потом ты почувствуешь себя лучше. Поверь мне.

Я оставил его стонать на камне. Двинулся домой, кое-как сделал обход. Хозяина не было. Пошел и поспал в гостиной, проснулся, поел, снова задремал.

Потом я услышал шаги, приближающиеся к парадной двери. Джек пришел, как я понял, в компании Ларри Тальбота. Они остановились снаружи, продолжая разговор, начатый, очевидно, по дороге. Похоже, они только что вернулись от констебля Теренса, куда их пригласили вместе с несколькими другими соседями для допроса городской полицией относительно пропавшего полицейского, которого я таскал по полям.

– …А викарий Робертс, прожигающий каждого взглядом, будто мы ВСЕ это сделали… – говорил Ларри. – Какое право имеет этот человек присутствовать на официальном расследовании? Он же совершенно чокнутый.

– К счастью, – ответил Джек.

– Правда, – согласился Ларри. – Если кого-то нужно прикончить, то он выглядит самым лучшим кандидатом.

– В этом случае его видения вызовут больше доверия.

– В том-то и дело. – Последовал вздох. – Я просто зол на тех, кто усложняет и без того сложное положение. – Он снова вздохнул. Потом прибавил: – Я заметил, что при нем не было арбалета.

– Вот уж всех повеселил бы!

Оба захихикали.