Ночь в тоскливом октябре

Только самая неразборчивая бездомная собака не усомнилась бы в нем, хотя он благоухал экзотическими приправами.

Я осторожно отнес его под дерево и закопал.

– Браво! – послышался сверху шипящий голос. – Я был уверен, что ты на это не клюнешь.

Я взглянул вверх. Вокруг ветки над моей головой обвился Шипучка.

– Ты давно там? – спросил я.

– С тех пор как пришел ваш первый гость – тот, высокий. Я за ним следил. Он в Игре?

– Не знаю. Думаю, это возможно, но трудно сказать наверняка. Какой-то он странный.

Похоже, у него нет компаньона.

– Может быть, он сам себе лучший друг. Кстати…

– Да?

– Компаньонка сумасшедшей ведьмы, наверное, как раз сейчас испускает дух.

– В каком смысле?

– Трам, бам, бух![6 - Реплики Шипучки построены на детской считалочке из «Сказок Матушки Гусыни»]

– Не понимаю.

– В буквальном смысле. Кошку в колодец – плюх.

– Кто ее сбросил?

– Маккаб, ни совести, ни стыда.

– Где?

– Около уборной, дерьмо в воде. В колодец за домом Сумасшедшей Джил.

Полагаю, не дает ему пересохнуть.

– Почему ты мне рассказал? Ты же ни с кем не дружишь.

– Я уже участвовал в Игре, – прошипел он. – Я знаю, что еще слишком рано устранять игроков. Следует подождать, пока не умрет луна. Но Маккаб и Моррис – новички.

Я вскочил и стремглав помчался к холму.

– Кошка, кошка, промочила ножки, – распевал он мне вслед.

Я взлетел на холм, потом припустил вниз, к дому Сумасшедшей Джил. Окружающий пейзаж слился в одно туманное пятно.

Я прорвался сквозь изгородь и через секунду увидел вблизи дома обложенное камнем и накрытое крышей сооружение со стоящим на краю ведром. Я бросился к нему, вскочил на край и глянул вниз. Из глубины слышался тихий плеск.

– Серая! – позвал я.

Едва слышное «Здесь!» донеслось до меня.

– Отодвинься в сторону! Я бросаю ведро! – крикнул я.

Плеск стал громче и живее. Я столкнул ведро в колодец. Было слышно, как оно, раскручиваясь, опускается все ниже и вот, наконец, ударилось о воду.

– Забирайся в ведро! – крикнул я.

Если вы когда-нибудь пробовали вертеть лапами ручку колодезного барабана, то вы знаете, какая это нелегкая работа. Прошло много, много времени, пока я поднял ведро и Серая Метелка, насквозь промокшая и задыхающаяся, смогла выбраться на край колодца.

– Как ты узнал? – спросила она.

– Шипучка видел, понял, что время выбрано неудачно, рассказал мне.

Она отряхнулась, принялась вылизывать свой мех.