Голос из прошлого

Ты не припомнишь, когда мы в последний раз получали такую достоверную запись?

– Понятия не имею. Мне это не интересно. Если честно – я не верю в это, но, если ты настаиваешь – я скажу отправить в систему пару научных бригад, пусть всё прочешут ещё раз, да и запись пусть хорошенько проверят. Кто знает, может этот … – взгляд метнулся на невидимый Марку боковой экран. – Сив… возомнил себя мега хакером или пробует себя в создании вирт-реала?

– Отправь. Только вот проверку записи я отдам не твоим парням, а попрошу у Фай Ким.

– Ну ты даёшь! Зачем приплетать к этой ерунде ещё нашу медиа-сучку?

– Эд! – недовольно поморщился Марк.

– Ладно, медиа-ШТУЧКУ… – улыбнулся Эдди.

– По двум причинам. Во-первых, она любит истории про летающие тарелочки, а во-вторых – её ребята собаку съели на проверках подлинности записей, так что это по её части. Поэтому, братец, отправляй-ка ты своих ищеек как можно скорее и пусть они оближут там каждую пылинку.

– И что мне им сказать, если про запись ни слова?

– Не знаю, придумай, ты же у нас самый креативный! – улыбнулся Марк.

– Ну наконец то ты начал улыбаться, брат, – рассмеялся Эд, – Ладно, самый недоверчивый. Пока! Всё сделаю.

Окно видеосвязи плавно сжалось в точку и исчезло.

– Закрытый канал на Фай Ким.

– Марк привет, – с голоэкрана глянуло миловидное личико с невообразимой смесью генов. Раскосые глаза, нос с горбинкой, смуглая кожа и светло серые глаза. – у меня есть полминуты.

– Здравствуй Фая.

– А какой ответ тебе нужен? – сверкнула зубами метиска.

– Мне нужен просто ответ. Сколько в этой записи правды. И, Фай, пусть это посмотрят те, кто не будет болтать лишнего.

– Неужели какая-то супермодель оставила за собой хвост, о котором я не знаю? – рассмеялась Фай Ким.

– Увидишь. Мои полминуты вышли.

– Марк ты как всегда строг и точен. Не волнуйся – всё сделаем.

– Пока, Фая.

– Пока.

Марк Бонн откинулся в кресле и перевёл взгляд на застывшее изображение последнего из пяти объектов за момент до его исчезновения. Потом пошевелил пальцами, укрупняя и поворачивая изображение. Гребёнка придвинулась, одновременно размываясь в нечёткое изображение и несколько раз судорожно дёрнулась, пытаясь повернуться, но осталось плоской.

– Почему изображение не поворачивается?

– Прошу прощения, Сэр.