Другая сторона. Том 2. Проводник

– Путь тогда идет и принесет мне осколок, желательно большой. Мы отстаем от графика.

– Все будет в порядке. Зара – молодец, она объяснила этому телу, что делать, а я так промыл ему мозги, что он ни о чем больше не может думать, пока не выполнит задание.

Крейн – толстый гуманоид с лицом, похожим на жабу – мерзко ухмылялся. В отличие от Керха, он знал, как Зара относится к их отряду, и его это забавляло, но ментат ничего не предпринимал, а только издевался. Крейн считал, что пока переводчица работает, то может думать что хочет.

За это Зара ненавидела Крейна даже больше, чем Керха, а еще за его ментальные пытки над людьми, но ничего поделать не могла. Во-первых, Крейн был сильнее, а во-вторых, представлял организацию, которая платила и Заре, и пяти десяткам песьеголовых наемников из расы Хран. Поэтому жаболицый вел себя с Керхом на равных. Впрочем, лидера хранцев это мало волновало – он относился одинаково безразлично к существам всех рас, кроме своих сородичей.

– Хорошо, тогда ждем. А вы смотрите внимательно: если свалится – сразу тяните назад, – проинструктировал песьеголовый своих собратьев хранцев, которые стояли рядом.

Зара тихо выдохнула: сейчас не время показывать страх и недовольство – есть еще надежда выбраться живой с этого проклятого задания.

– Если на сегодня все, то я пойду, – буркнула она в сторону.

– Иди, – отпустил ее Керх – даже его разрешение звучало как приказ.

В последний раз взглянув, как привязанная фигурка входит в барьер, окружающий долину, она отвернулась. Что будет дальше, Зара прекрасно знала: человек, снабженный дешевым блокиратором искажений, пересечет границу, найдет очередной осколок и принесет его. Устройство позволяло ему беспрепятственно двигаться, но уровень бедолаги слишком низкий для таких вылазок, и каждое путешествие выпивало из него в буквальном смысле слова все соки.

Зара шла и думала, как же ее угораздило вляпаться в такое дерьмо? А то, что это дерьмо, она поняла в первый же день, через несколько часов после высадки. Никакие это не контрабандисты, а черные собиратели.