Изгой ночного клана. Том 3

Я был выжат полностью, но умудрился сломать несколько колонн со своей жалкой второй ступенью.

– Не может быть! Такого даже я не проделывал, – изумился Бурик, выпуская меня из комнаты для тестов.

– Учись, щенок, пока я жив.

– У тебя же только вторая ступень. До сих пор вторая ступень, как ты сломал костоломы?

– Просто моё кунг-фу сильнее ваших пыточных машин, – отмахнулся я, сдерживая желание свернуться калачиком от боли в рёбрах.

– Уведите его в следующую камеру. Посмотрим, как ты там шутить будешь, – уже со злостью рявкнул Бурик.

И меня повели, благо недалеко. Идти мне совсем не хотелось из-за ран на руках и сломанных костей. А учитывая, что следующая проверка гораздо неприятней, я пожалел, что не умер от ударов брёвен, но выбора у меня не было.

Тут хотя бы не было никаких ухищрений. Меня тупо привязали к столу и резали. Причём тоже не вручную, а полуавтоматическим способом. Бурк просто жал на кнопку и надо мной проносился острый нож, разрезая кожу в разных местах. А затем наблюдатели записывали, за какой промежуток времени и на каком участке заживёт рана.

Насколько плотно, рассосётся шрам или нет и прочие подробности.

Вот только вытерпеть несколько разрезов это одно. А когда они снова и снова наносятся на одно и то же место, да ещё и по свежим ранам… Это не передать словами.

Я продержался минут десять. Бурик снова удивлялся моим показателям, о чём-то дискутируя со своими дружками. Из отрывков слов я понял, что моя регенерация немного выше, чем в среднем по палате, но при этом ниже, чем была в детстве.

С чем это связано я не знаю, но думаю, что тестов будет очень много. Так что нужно поскорее отсюда выбираться. И я даже придумал как.

Дальше моё сознание стало угасать, и я отключился от этой паскудной реальности.

Глава 50

Пластмассовый мир победил

Пакет оказался сильней

Последний кораблик остыл

Последний фонарик устал

А в горле сопят комья воспоминаний

    Гражданская оборона – Моя оборона

После вживления сумеречной частицы меня весь день трясло.

Бросало то в жар, то в холод, а порой я думал, что умираю. Но хуже всего было слышать всё те же насмешки от старших.

Я-то думал, что стану одним из них. Ну или хотя бы перестану быть изгоем, но ко мне стали относиться ещё хуже.

Меня не стали сопровождать в мою комнату. Даже не спросили, как я себя чувствую, а просто выперли из операционной. Ну а что им до моего самочувствия? Не подох и хорошо. Рана затянулась – значит, жить буду.