Изгой ночного клана. Том 3

– Тебе помочь, дерьма кусок, или сам выйдешь? – с угрозой спросил один из них.

– Сам, – сказал я, поднимаясь с койки.

– Варус? Ты, что ли? – изумился охранник.

Голос его был мне откуда-то знаком, но я никак не мог понять откуда.

Тогда он поднял забрало своего шлема и посмотрел на меня более внимательно.

– Эй, Бурик, ты чего? Не по протоколу! – встрепенулись его приятели.

– Бурк? Бурик, это ты? – изумился и я, узнав старого знакомого.

Глава 49

Я так хотел добра, в плену своих идей

Я стал почти что раб, и в окружении людей

Которым наплевать на то, что кто-то строит

Здесь все привыкли лишь ломать, рука руку моет

В моих ушах бьют барабаны

И в голове моей звучат призывно трубы

Я слишком долго ждал, надеялся на чудо

За это время у меня появились зубы!

    Lumen – Зубы

Меня оставили в покое после той драки с Буриком, но обиды он не забыл.

Что в этом страшного? Ну, для начала то, что это невероятно больно. Всё равно что делать операцию на сердце без наркоза, а ещё это очень опасно. Выживает где-то один ребёнок из трёх. Но это оправданная жертва, для этого нас тут и держат – чтоб сделать гибридами. Хотя раньше потери были ещё больше: выживал один из десяти. Но эти ублюдки поняли, что если научить детский организм использовать силу частицы, то он становится сильнее, и шансы принять новую частицу увеличиваются.

Бурк и его приятели два года назад успешно прошли эту процедуру и считались уже дедами. Ну, пусть не дедами, но более сильными, везучими, да и возраст играл свою роль.

Меня же они всячески запугивали в этот день и пытались вывести из себя своими шуточками:

– Прикиньте, лошок станет одним из нас, – сказал Бурк, и все заржали.

– И как начнёт бросаться книжками одной силой мысли.

– Наконец в туалет сможет ходить не как девочка – ведь руками свою пипиську нащупать не может, так хоть телекинезом получится.

– Да вы чё, не переживёт он этот день. Так что забудьте про лошарика.

Я всеми силами старался их игнорировать, но это было сложно. Охрана запрещала драки и всяческое физическое насилие, но говорить дети могли всё что угодно.

Друзей у меня не было, так уж вышло, что я оказался самым младшим из выживших детей. Хотя и остальных было не так уж много, десятка два или три. Правда, недавно появилась новенькая. Её звали Дара.