Плохая примета, или За мужем не пропасть

Зеленые глаза полыхнули на миг светом, но тут же вернули свой обычный цвет, слегка прищурились. Боже, как же мне в этот момент стало страшно! Зачем я вообще это сказала? В классе повисла тишина. А мы с учителем так и смотрели пристально друг другу в глаза. Внезапно он улыбнулся. Не усмехнулся, а улыбнулся по-настоящему. Он так умеет? Улыбка полностью преобразила его. Я услышала, как рядом Лелька всхлипнула. Да, теперь ее понимала даже я. Улыбка у него оказалась просто потрясающая. Она преобразила его лицо. Теперь он уже не выглядел столь надменным и высокомерным.

– Если вас это так беспокоит, – ответил он, – то мои личные встречи имеют вполне оправданные цели. Но, боюсь, сегодня мне придется отказаться от своих планов на вечер. Видите ли, я должен проверить все домашние задания. Вы, мисс Николаева, надеюсь, выполнили все и ничего не забыли?

– Все выполнила, – вздохнула я, ну вот кто меня за язык тянул, – и ничего не забыла.

– Отлично, – теперь он стал таким же, каким был всего минуту назад, может, его улыбка мне померещилась? А потом он меня добил, – останьтесь после урока, вы мне должны сдать работу, заданную на лето.

Я тяжело вздохнула и села на место. Лелька смотрела на меня так, что если бы могла, то убила бы на месте.

– Что? – не выдержала я.

– Я тебя прокляну когда-нибудь, – зло зашипела она.

– Дура, – меня ее увлечение уже достало, – ты мне еще спасибо скажешь.

Глава 3

Слава богу, до конца урока он меня больше не трогал. Я старалась не отсвечивать. Лелька обиделась и вообще со мной не разговаривала. Тем лучше. Лишь изредка я ловила на себе задумчивый взгляд малахитовых глаз. Мне бы очень хотелось знать, о чем он в этот момент думал. Мистер Тиган лишь слегка улыбался своим мыслям краешком губ. Я втихаря наблюдала за ним из-под опущенной на глаза челки. Мне было крайне интересно, в какой момент его глаза начинали светиться.

Когда прозвенел звонок, я трусливо ретировалась из класса, предварительно положив на стол учителя свои работы. Ничего страшного, почитает сам, незачем мне ему все еще и пояснять. Лелька, разумеется, в классе осталась.

– Как дела, Николаева? – меня передернуло от этого голоса. Я обернулась.