Шкатулка королевы

– Я? Де Гиш? Но как? Я даже не видел его со времени отъезда в Лондон!

– А этого и не потребовалось. Де Беврон сказал, что де Гиш уже собрался послать его к вам в качестве секунданта.

– Что? С чего бы это? – отфыркиваясь от воды, спросил Леон.

– Но его отец – герцог де Грамон предупредил, что, если до свадьбы герцога Орлеанского и принцессы Генриетты граф совершит хотя бы малейшую глупость, его немедленно отошлют в Бидаш. Герцог был предельно серьёзен и так и сказал: «В Беарн или в Наварру вице-губернатором, или ещё куда-нибудь подальше».

– И на том спасибо, – озадаченный услышанными новостями, Данжюс медленно поднялся из воды. – Значит, вам всё-таки удалось замять скандал?

Сна как не бывало, хотя хмель от дешёвого вина, которым его угощали в нижнем зале трактира, всё ещё напоминал о себе.

Д«Эффиа взял разогретую простыню и принялся энергично растирать плечи и спину Леона. Затем он накинул ему на голову сухой угол простыни и хорошенько всколошматил его мокрые кудри, с улыбкой приговаривая:

– И да и нет.

– Да что же я сделал? – возмутился такому обращению с собой Данжюс и высунул взъерошенную голову из-под простыни.

– Вы умудрились увести у де Гиша драгоценный отрез ткани, на который он положил глаз ещё две недели тому назад!

– И только-то? – удивился Леон, закручивая на голове тюрбан из сухой простыни.

– Ничего себе «и только-то»! – расхохотался д’Эффиа. – Да ведь наш Великолепный граф остался ни с чем! И это в канун приезда принцессы!

– Да, но почему я? Я же ничего не знал о его планах. И потом… – Леон крепко задумался, пока маркиз с ловкостью заправского камердинера помогал ему одеться в чистую рубаху и штаны, в которые никак не удавалось попасть мокрыми ногами.

– Не знаю. Главное, когда вы встретитесь с ним, то всё-таки постарайтесь отложить дуэль! Я, так и быть, согласен быть вашим секундантом. Да что говорить, вы же оба мои друзья! Но что ни сделаешь…

– Ловко вы… Всё решили, – озадаченно проговорил Леон.

Дверь комнаты тихо приоткрылась, а в следующий миг уже распахнулась на всю ширь, и на пороге появился личный слуга Данжюса.