Шкатулка королевы

– Приступайте один, дорогой Леон! Я ограничусь стаканчиком вина, – заявил д’Эффиа и нетерпеливо махнул рукой камердинеру, чтобы тот запер за собой дверь в гардеробную. – Никак не могу вспомнить, где я должен был провести эту ночь. Явно не среди этого барахла! – он оттолкнул ногой стоявший у него на пути сундук. – Для доброго утра мне не хватает хотя бы часа или двух крепкого сна и горячей ванны. И свежая рубаха не помешала бы, – сморщив нос, добавил он, – да как вы только выдержали это амбре и не сбежали от меня, Леон? Это же мерзко!

– Вам бы побродить с моё по улицам Лондона, друг мой, – ответил граф, ничем не выдав своей неприязни к запаху перегара, которым разило от маркиза.

 – У пристани на Темзе швартуются не только прогулочные баржи и плоскодонки паромщиков, уж поверьте! От рыбацких яликов воняет тухлой рыбой, да так, что в первые дни с непривычки я не мог и шагу ступить на улице, не прикрыв лицо платком.

– Ха! Надо же! – удивился д’Эффиа и, отколов о край стола горлышко бутылки, разлил вино в неказистые глиняные кружки.

– Если пожелаете, ваша милость, так я велю принести кадку и нагреть воды для мытья, – предложил камердинер, с сомнением посмотрев на несвежую рубаху, выпростанную из-под короткой курточки весьма дорогого и щегольского на вид костюма.

– Валяй! – согласился д’Эффиа, и, заметив голодный взгляд Данжюса, пожал плечами. – Нам спешить некуда! Начнём с еды! Голод не тётка, так что нечего тут церемониться.

Выпроводив камердинера с дюжиной поручений, друзья принялись поглощать принесённую им снедь с аппетитом изголодавшихся львов.

По количеству блюд этот спонтанный завтрак и без дополнительного заказа оказался столь обильным, что его хватило бы в качестве обеда на четыре персоны.

– Скажите, Леон, а как случилось, что вы оказались в Кале, да ещё и в таком захолустье? И это за неделю с лишним до прибытия кортежа принцессы! Вы что же, вернулись из Лондона один?

– Да как сказать, – отправив в рот солидный кусок ветчины, Леон отпил немного вина, которое предварительно разбавил на три четверти водой, и покосился на дверь, – я, в общем-то, и не здесь вовсе.

Понимаете?

– Нет, – во взгляде Антуана д’Эффиа сквозило недоумение.

– Я всё ещё в Лондоне. Стерегу хандрящего после недавней простуды генерала, – пояснил Данжюс и сделал ещё один глоток вина.

– Хандрящий генерал? Простуда? И это вы о герцоге де Руже говорите? – с недоверием переспросил д’Эффиа.