Шкатулка королевы

– Вы забыли кое о чём, дорогой Леон, – с улыбкой напомнил ему де Руже, – несмотря на то, что мы отправились в Англию в свите королевского посланника, мы возвращаемся инкогнито. А скромным, никому не известным путешественникам полагается соответствующий антураж.

– Ну да. Эта пара доходяг как нельзя лучше подходит для провинциалов, – Леон потёр затылок и переглянулся с Лауделлом.

– Дорогой господин де Маньэглиз! С прибытием вас!

С этим громким приветствием из окна кареты высунулась рыжеволосая голова молодого человека, и тут же распахнулась настежь дверца, но вовсе не для того, чтобы пригласить так называемого господина де Маньэглиза и его спутников занять места внутри.

Вместо этого он вытянулся вверх и, бесцеремонно хлопнув пятернёй по крыше кареты, прикрикнул на задремавшего кучера:

– Эй, Монжон! Хорош спать! Слезай уже и подними багаж. Да смотри, закрепи всё надёжно!

– Сударь! – в голосе де Руже прозвучали стальные нотки гнева.

Он хоть и прибыл в Гавр всего лишь инкогнито, но всё-таки ожидал проявления формальной вежливости со стороны человека, которого послал к нему в качестве помощника префект парижской полиции.

– Доброе утро, граф! – рыжеволосый молодой человек весело улыбнулся и бодро кивнул сурово взиравшему на него генералу:

– Мне сказали, что вы прибудете ранним утром. Но что-то вы припозднились, – он дружелюбно указал на жёсткое сиденье с двумя тощими подушками по бокам. – Прошу вас, располагайтесь с удобством, господа! И поедемте уже! Не знаю, как вы, а вот я испытываю смертельный голод.

Я ждал вас с самого рассвета.

– Ещё бы, – поняв намёк, скрытый в прищуренных глазах молодого человека, де Руже без лишних слов забрался в экипаж и сел у окна, оставив рядом с собой место для Данжюса.

Лауделл сел последним и занял оставшееся свободным место рядом с незнакомцем.

Поскольку багажа у путешественников оказалось немного, то кучеру не пришлось долго возиться, крепко привязывая бечёвкой дорожные сундуки и саквояжи к задней стенке кареты.

И вот уже через несколько минут по площади пронеслось эхо ритмичного цоканья копыт и грохота колёс экипажа, лихо покатившегося по мостовой, сверкающей многочисленными лужицами, которые остались после короткого утреннего дождя.

– Мы едем в Кале? – спросил Арман.

– О нет! Ведь вы же граф де Маньэглиз. А это значит, что вы из здешних краев. Так что для начала мы отправимся в ваш городок и заглянем в корчму. Там подают изумительные пироги.