Лабутены для Золушки

Молодая, чуть за двадцать. Как и положено помощнице владельца крупной строительной компании, Галина была высокая, пышногрудая, длинноногая, весьма привлекательная девушка. С такой не стыдно было заявиться на любое мероприятие. Что больше всего ценил в ней Борис Николаевич, так это умение держать язык за зубами и не болтать лишнего, особенно конкурентам и партнерам Воронцова-старшего.

Из кабинета вышли двое мужчин. Один худощавый, высокий, со светлыми волосами и в очках с тонкой оправой бросил тяжелый взгляд на Воронцова-младшего.

– Привет, дядь Саш, – Дима поднял кружку с кофе и отсалютовал мужчине. Тот еще больше насупился.

– Здравствуй, Дима, – строго сказал он.

Парень подскочил, вытянулся по струнке и выдал:

– Здравствуйте, Александр Геннадьевич!

Александр махнул на него рукой и вышел.

– Хватит паясничать, – бросил сердитый взгляд отец. – Пойдем ко мне в кабинет. Галина, никого не пускать!

Дима одним глотком допил свой кофе, подмигнул секретарше и скрылся за дверью кабинета.

– Что ты его все время достаешь? – устало потер переносицу Борис Николаевич.

В ответ Дима лишь плечами пожал. Присел на краешек стола, взял какую-то безделушку и покрутил в руках.

– Он такой напряженный, – криво улыбнулся парень.

– А ты его напрягаешь еще больше, – Борис откинулся в кресле и выжидающе уставился на сына, – что тебя волнует? Поставь на место пепельницу! Рассказывай, что случилось?

Дима поставил пепельницу на место. Помолчал. Собрался с мыслями и сказал:

– Вадим опять взялся за старое.

– Он ведь после прошлого раза обещал завязать!

– Обещал, но, как видишь, сколько стоит его слово. Его отец опять обвинит меня во всем.

Дмитрий смотрел на своего родителя. Все еще привлекательный мужчина, подтянутый, гладко выбритый, с сединой на висках. Глубокая морщинка пролегла межу черных бровей. С тех пор, как умерла его жена, мама Димы, Борис так и не нашел новую жену. Как оказалось, Воронцов-старший однолюб. Он терпеть не мог этих глупых куриц, которые думали лишь о своей внешности и его деньгах.

К сожалению, в его окружении женщины не могли ценить его как мужчину, как человека. Дима был уже достаточно взрослым, мог обойтись без фальшивой «материнской» любви. Борис погрузился в работу. А вот его сын не упускал возможности хорошо провести время. Тем более что с его стороны для этого не нужно было прилагать никаких усилий.

– Сколько? – спросил Борис Николаевич.

– Да какая разница! Я ему сказал разбираться самому.