Золотой шут

Однако лицо Кетриккен сияло таким удовольствием, она явно с нетерпением ждала возможности научить Пиоттра своей любимой игре, и ее радость показалась мне излишней и неожиданной. Неужели моя королева находит грубого солдата с Внешних островов привлекательным?

– Вы расскажете мне об этой игре потом? – попросил я. – Интересно, руны на костях совпадают с теми, что нарисованы на ваших камешках?

– Ужасно любопытно, правда? А вдруг руны похожи? В особенности если учесть, что некоторые руны из моей игры совпадают с теми, что изображены на монолитах Силы.

– Хм, – только и смог выдавить из себя я.

Моя королева снова застала меня врасплох. Она всегда обладала способностью мыслить сразу в нескольких направлениях и соединять, казалось бы, совершенно разрозненные факты в рисунок, который другие не видят. Именно так ей удалось найти утерянную карту королевства Элдерлингов. Неожиданно я понял, что мне необходимо обдумать наш разговор, – слишком много всего было сказано.

Я встал и поклонился королеве, жалея, что не могу подыскать подходящих слов, чтобы ее поблагодарить. Но уже в следующее мгновение мое желание показалось мне странным – разве можно благодарить человека, когда он скорбит вместе с тобой, оплакивая того, кого ты любил. Я попытался что-нибудь сказать, но Кетриккен подошла ко мне и взяла мои руки в свои.

– Наверное, только ты понял, что я почувствовала, когда потеряла Верити. Видеть, как мой муж превращается в дракона, знать, что он одержит победу, и все равно испытывать эгоистичную боль, понимая, что я больше никогда его не увижу… Это не первая трагедия, которую нам с тобой пришлось разделить, Фитц Чивэл.

Я знал, что это неприлично, но все равно обнял Кетриккен и несколько секунд прижимал к себе.

– Он так вас любил, – сказал я за своего ушедшего короля.

Она прижалась лбом к моему плечу и ответила едва слышно:

– Я знаю. Его любовь помогает мне в том, что я делаю.

Я еще несколько мгновений держал в объятиях жену Верити. Все могло сложиться иначе. Однако ее пожелание было произнесено от всего сердца и облегчило мою боль. Вздохнув, я выпустил ее, и королева со слугой расстались, чтобы заняться каждый своими делами.