Судьба убийцы

Алария, замолкни!

– Их там было так много, – простонал Виндлайер. – И все цеплялись за меня, тянули… Меня так тошнит…

– Так пусть тебя тошнит молча! – рявкнула Двалия.

Алария ахала от ужаса. Она больше ничего не говорила, только тихонько попискивала, а потом калсидиец издал низкий стон, удовлетворив некоторым образом свою страсть. Алария попыталась отползти от него, но я почувствовала, как напряглась его рука, и поняла, что он удержал ее. Меня это устраивало. Не хватало еще, чтобы она скатилась с него на меня.

– Ощупайте все, докуда можете дотянуться! – велела Двалия. – Кто-нибудь может нашарить выход из этой могилы?

Неудачное слово она выбрала.

– Могилы, – повторил Виндлайер и дрожащим голосом застонал от отчаяния.

– Тихо! – зашипела на него Двалия. – Проверь у себя над головой. Нет там отверстия?

Я слышала, как они ворочаются в темноте, водят руками по камню, шаркают по нему подошвами. Сама не издавала ни звука.

– Ну как? – настойчиво спросила Двалия.

– Ничего, – уныло ответила Алария.

Керф расслабился и задышал медленно и размеренно. Ясно, что он уснул. Наверное, бывают обстоятельства, когда безумцам можно только позавидовать.

– Стала бы я лежать под Виндлайером, будь у меня выбор! – огрызнулась Двалия.

Повисла тишина. Потом Алария сказала:

– Может быть, тебе лучше вернуть нас туда, откуда мы пришли?

– К сожалению, калсидиец, когда вышел из камня, оттолкнул меня от него.

– Мы прямо как селедки в бочке, – печально заметил Виндлайер. И добавил чуть тише: – Наверное, мы все тут умрем…

– Что? – взвизгнула Алария. – Умрем здесь? Сдохнем от голода в темноте?

– Так ведь выбраться-то не получается, – угрюмо ответил Виндлайер.

– Тихо! – прикрикнула на них Двалия, но было поздно.

Алария сломалась. Она начала судорожно всхлипывать, а через несколько минут я расслышала глухие рыдания Виндлайера.

Умрем здесь? А кто умрет первым? У меня к горлу подкатил крик.

Такими мыслями делу не поможешь, укорил меня Волк-Отец. Дыши. Только тихо.

Паника, набухавшая во мне, враз сдулась под напором его суровости.

Думай, как выбраться отсюда. Ты сможешь войти в камень сама? Можешь дотянуться до камня под калсидийцем и открыть путь обратно в лес?

Не уверена.

Попробуй.

Я боюсь пробовать.