Странствия Шута

Мы были не два независимых существа, между которыми немного размылась граница. Мы были части единого целого, наконец-то слившиеся, занявшие свое место. Ты, я и Ночной Волк. Мы были одним.

Он не видел меня и все же отвернулся, словно я заговорил о чем-то слишком интимном. Потом чуть наклонил голову, сдержанно подтверждая мою правоту.

– Так бывает, – тихо проговорил он. – Слияние сущностей. Ты видел, что из этого может выйти, хотя, возможно, не понимал, что к чему. Я так точно не понимал. Помнишь гобелен с Элдерлингами в твоей комнате?

Я покачал головой.

Впервые я увидел этот гобелен еще ребенком. Он у кого угодно мог бы вызвать ночные кошмары. На нем король Вайздом, правитель Шести Герцогств, торжественно принимал Элдерлингов – высоких и стройных созданий, чьи глаза, волосы и кожа были окрашены в странные, неестественные цвета.

– Не думаю, что это как-то связано с тем, о чем сейчас речь.

– Еще как связано! Элдерлинги – это то, какими могли бы стать люди, если бы долго жили рядом с драконами.

Точнее, обычно так выглядят их потомки – те из них, кому удается выжить.

Я не понял, к чему он клонит.

– Когда-то давно ты пытался убедить меня, что я сам отчасти дракон.

Сквозь усталость на его лице проступила улыбка.

– Это ты так сказал, не я. Ты подобрал не самые точные слова, но в целом правильно понял, что я хотел сказать. Дело в том, что, размышляя о некоторых свойствах Силы, я заметил в них много общего со способностями драконов. Что, если талант к определенной магии проявляется в людях, на чьих предках лежал, так сказать, отпечаток драконов?

Я вздохнул и отказался от попыток что-то понять.

– Не знаю. Я даже не очень понимаю, о каком «отпечатке» ты говоришь. То есть, может быть, ты и прав, но какое это отношение имеет к нам с тобой?

Шут заворочался в постели.

– Вот странно: я страшно устал, а сна ни в одном глазу…

– Вот странно: ты сам начал разговор, а теперь пытаешься уйти от него.

Он зашелся в приступе кашля. Я решил, что он прикидывается, но все равно принес ему воды.

Помог сесть и подождал, пока Шут напьется. Когда он закончил, я взял кружку и стал ждать. Просто молча стоял у постели с кружкой в руках и ждал. Потом не выдержал и вздохнул.

– Что? – с напором спросил Шут.

– Ты сам-то знаешь то, о чем отказываешься говорить со мной?

– Еще как знаю.

Это было почти как в старые добрые времена, и тон у Шута был таким довольным, что я почти не обиделся. Почти.