Странствия Шута

Возможно, Дьютифул не видит ничего странного в том, что его королева искренне веселится на празднике, – с усмешкой заявил король.

Я чувствую, что-то будет! Это носится в воздухе! – возразил Чейд.

Не допускаешь, что я разбираюсь в переменах настроения своей жены лучше, чем ты? – ощетинился Дьютифул.

Я не мог больше выносить их перепалку.

Я спущусь в зал, как только смогу, но, увы, не в облике лорда Фелдспара. Боюсь, мой парик пропал.

По крайней мере, оденься по моде, – раздраженно велел Чейд. – Если ты заявишься в зал в рубахе и штанах, на тебя все уставятся.

Но и костюм лорда Фелдспара надевать уже нельзя. Среди вещей, приготовленных для него, должно быть что-то, чего ты еще не надевал. Выбери из них, и побыстрее.

Хорошо.

– Тебе надо идти, – произнес Шут, едва я закончил беззвучные переговоры.

– Да. Как ты узнал?

– Фитц, я много лет назад научился толковать то, как ты едва заметно вздыхаешь от досады.

– Парик пропал. А без него я уже не смогу изображать лорда Фелдспара.

Придется спуститься в мою комнату, порыться в гардеробе и отправиться на праздник совсем другим человеком. Для меня это несложно, хотя я не получаю никакого удовольствия. В отличие от Чейда.

– И от меня в былые времена. – Теперь была очередь Шута тяжело вздохнуть. – Как бы я хотел, чтобы мне выпало такое поручение! Выбрать наряд и спуститься вниз во всем блеске, с перстнями на пальцах и серьгами в ушах, благоухая духами. Влиться в толпу из сотни гостей, пробовать вкусное угощение, пить, и танцевать, и сыпать остротами… – Он снова вздохнул.

 – Жаль, я не могу снова стать живым, прежде чем умереть.

– Ах, Шут… – Я потянулся было погладить его по руке, но остановился.

В прошлый раз он испуганно дернулся от прикосновения, и это причинило боль нам обоим.

– Тебе уже пора. Иди, я посижу с птицей.

– Спасибо, – сказал я с искренней благодарностью.

Оставалось только надеяться, что ворона не ударится в панику и не станет биться о стены. Поскольку в комнате почти темно, наверное, все будет в порядке.

Когда я уже подошел к лестнице, меня догнал вопрос Шута:

– Как она выглядит?

– Это ворона, Шут. Взрослая ворона. Черный клюв, черные лапы, черные глаза. Единственное, что отличает ее от тысяч таких же, это белые отметины. Они у нее от рождения, точнее, с того дня, как она вылупилась из яйца.

– Где они расположены?

– У нее белые кончики некоторых маховых перьев. Когда она расправляет крылья, они выглядят почти полосатыми.