Я тебя сломаю

И я… Нет! Не вспоминать! Не вспоминать!

Сложив фотографию вдвое, я убрала её в задний карман джинсов и спустилась на первый этаж. Сейчас злить Данила не стоит. Пройдёт несколько дней, и мы, возможно, сможем поговорить, а пока мне лучше играть по его правилам.

– Ты в своём уме?! – накинулась я на Данила, как только он появился.

Вечер давно сменился ночью, на улице стемнело, а я так и сидела одна в запертой квартире.

– В чём дело? – как будто не понимал, о чём я.

– Ты не имеешь права запирать меня вот так!

– С тем, на что я имею право, мы уже разобрались, – прошёл мимо, словно я была пустым местом.

Снял косуху и, кинув её на барную стойку, открыл холодильник.

– Могла бы приготовить пожрать, – взял воду.

Я едва не задохнулась от гнева.

– Пожрать?! – быстро подошла к нему, но остановилась в метре, наткнувшись на взгляд. – Ты издеваешься?!

Сама я не ела со вчерашнего вечера. Утром только и смогла, что выпить несколько глотков кофе. Теперь есть хотелось до ужаса, но, кроме просроченной в несколько раз банки ветчины и засохшего печенья, найти мне ничего не удалось.

– Возможно, – он вернулся в коридор. Я – хвостом за ним.

Желание броситься на него с кулаками с каждой секундой становилось сильнее. Моё бессилие доставляло ему удовольствие, и это было очевидным.

– Я убрала твою квартиру, – процедила. – Теперь я могу идти.

– Подождёшь, – даже не посмотрев на меня, сухо сказал. – Держи, – в грудь мне что-то ударилось.

Я неуклюже подставила руки, но поймать то, что этот мерзавец кинул, не смогла.

Вот же скотина! В очередной раз переборов внутренний протест, я подняла с пола кусок белой ткани, на деле оказавшийся новенькими носками, и с вопросом посмотрела на брата. Он взглядом приказал мне надеть их.

– Зачем?

– Проверим, хорошо ли ты умеешь лизать, – застывшее в уголках рта и чёрных глазах презрение.

Я стиснула носки до боли в костяшках. Как же я ненавидела его в этот момент! Всем своим видом он демонстрировал превосходство надо мной, прекрасно зная, что я не смогу ничего ему противопоставить.

– Надевай, – привалился плечом к стене и отпил из бутылки, которую так и держал в руках. Горлышком указал мне на носки.

Когда я повиновалась, он всё так же, горлышком бутылки, указал мне в сторону кухни. Молча я прошла до барной стойки, развернулась и посмотрела на него сквозь разделяющее нас пространство. Он заставил меня подняться по лестнице и спуститься обратно. А когда я подошла, указал на тумбочку.