Срубить дерево

Потому что компании наподобие «Древоповала», учитывая незрелость сотен таких же, как я, снабжают нас красивой зеленой формой, отправляют в специальные школы и вбивают нам в головы, что примитивные методы валки деревьев делают тебя чуть ли не полубогом для наблюдающих снизу, а сам ты чувствуешь себя настоящим мужчиной.

Ловите нам землян, которые портят виноградники, а виноградники наши в цвету, – сказала она.

Ты украла это из моей головы и повторила неправильно. Не землян, а лис и лисенят[1 - См. Песнь песней, 2:15].

Лисам самоутверждаться не нужно. Я сказала всё правильно.

Да, – согласился он. – Ты сказала всё правильно.

Теперь мне пора – надо готовиться к завтрашнему дню. Я буду на каждой ветке, которую ты отсекаешь. Каждый опавший лист будет моей рукой, в каждом погибшем цветке ты увидишь мое лицо.

Я сожалею, – сказал он.

Знаю, но сожалеющая твоя часть живет только ночью и умирает с рассветом.

Я ужасно устал. Хочу спать.

Так спи же, малютка землянин. Спи у своего костерочка, в своей палаточке, в своей уютной постельке.

День второй

Его разбудили птицы ха-ха. Он вылез из палатки и увидел, как они кружат в зеленых коридорах и лиственных окнах, розовых от зари. Стронг, стоя на ветке, потянулся, наполнил легкие свежим утренним воздухом, включил рацию.

– Что на завтрак, мистер Райт?

– Оладушки, мы их как раз уминаем. Не волнуйся, жена мэра и тебе напечет. Хорошо спал?

– Нормально.

– Рад слышать, у тебя на сегодня полно работы. Займемся большими девочками.

– Никак. Забудь про дриад и тащи мне оладьи.

– Сделаем, мистер Стронг.

После завтрака Стронг загрузил палатку, спальник и обогреватель обратно в лифт и поднялся на нем туда, где закончил вчера. Надо было спустить вниз обе веревки: страховочную из-за ее ограниченной длины, рабочую потому, что она висела слишком высоко и не обеспечивала нужной подъемной силы. Управившись с этим, он взялся за первую ветку. Прошел по ней девяносто футов, прикрепил зажим, скомандовал Райту «вира».

Веревка натянулась. Стронг вернулся к стволу, нацелил резак, положил палец на спуск.

Я буду на каждой ветке…

Сон, виденный ночью, нахлынул вновь. Он посмотрел в конец большой ветки, где мерцали на солнце мелкие, и на сей раз удивился тому, что дриаду не видит. Подождав немного, он вернул взгляд куда положено и прицелился заново.