Без права на отказ

Только на секунду я получила свободу – её было достаточно, чтобы я успела перебраться через постель.

– Куда пошла, дрянь?! – схватил за волосы и снова кинул на смятую постель. Навалился сверху и проник в меня – глубоко и резко.

– Нет…

Я выгнулась, вцепилась в простыню пальцами и закусила разбитую губу. Сжала зубы. Он двигался быстро и резко. Я слышала его шумное дыхание и мысленно просила у небес сил пережить этот вечер и эту ночь. Слёзы текли по вискам, а Стас всё продолжал.

– Смотри на меня, – прорычал, вонзаясь всё быстрее.

Я приподняла тяжёлые веки. Он задышал ещё тяжелее, в глазах его на секунду промелькнуло понятное только одному ему удовлетворение. Из нутра вырвался стон – долгий, низкий. Дёрнувшись, он свесил голову. Я чувствовала, как он кончает, как выплескивается его сперма.

– Хорошая жена, – выдавил он. Обхватил мою грудь, смял и погладил по разбитой щеке. Склонился и попробовал поцеловать, но я не дала. Отвернулась. Наверное, не стоило, но чувствовать его поцелуй после того, что он сделал…

– Да и пошла ты, – сжал подбородок. Резко встал, поднял с пола юбку и швырнул мне в лицо.

Я приподнялась на руках. Тело ныло. Внутри всё болело, между ног саднило. Тыльной стороной ладони я вытерла кровь с губы. Рвано выдохнула и заскулила. Распахнув шкаф, вслед за юбкой Стас швырнул мне свитер.

– Убирайся! – гаркнул.

Прижимая руку к уголку рта, я подняла на него взгляд. Но не успела ничего сказать, он выхватил у меня одежду и опять впился в локоть. Сдёрнул с кровати и вытащил в прихожую.

– Вон пошла! Убирайся из моего дома!

Распахнул дверь. Я стояла на пороге голая, прижимая к груди вещи, и снова не верила. Не верила, что это всё на самом деле. Завтра будет новый день. Завтра… Только в сознании резануло пониманием, что послезавтра тоже будет день.

– Вали, откуда пришла, – махнул в темноту подъезда. – Иди ещё поработай. Глядишь, наработаешь что-нибудь.

В подъезд полетела моя обувь, сумка. Я отшатнулась от него, когда он хотел дотронуться. Пятясь, переступила порог и, стоило мне сделать это, дверь закрылась.

Я услышала голос Стаса, ругань и звон стекла. Следом ещё. И тишина. Гробовая тишина, и моё дыхание в ней.