Звездная жатва

 – Точно! Флагшток у начальной школы! Иногда я хожу мимо. Когда дует ветер, веревка бьется о столб. Как колокол.

Мэтт тоже услышал отдаленный неритмичный звон.

– А что во всем этом удивительного? – спросил Джим.

– Сегодня пятница, – ответил Мэтт. – Вдоль реки проходит шоссе. Обычно слышно только машины. Люди едут в кино и бары, грузовики перевозят лес. К этим звукам привыкаешь и не обращаешь на них внимания, но замечаешь, когда они пропадают. Здесь, в округе, всегда шумно, даже после полуночи. Поезда гудят. Иногда срабатывает сигнализация.

А еще…

– Телевизоры, – закончила за него Энни. – Все вокруг смотрят телевизор. А в летнюю ночь вроде сегодняшней еще и с открытыми окнами. – Она едва заметно вздрогнула. Мэтт держал ее за руку и почувствовал это. – Похоже, сегодня никто не смотрит.

Мэтт оглянулся на дом. Рэйчел выключила телевизор и стояла у окна своей комнаты, хмуро вглядываясь в сумерки. За ее спиной светила лампа.

– Все простужены, вот и улеглись пораньше, – предположил Джим.

– Не нужно меня щадить, – сердито произнесла Лиллиан, выпрямляясь в кресле.

 – Я знаю, что происходит на самом деле.

Мэтт с Джимом переглянулись.

– Лиллиан, если ты знаешь, что происходит, значит ты на шаг впереди нас, – спокойно сказал Мэтт.

– Все меняется. Вот что происходит. – Ее голос звучал хрипло, взгляд был скорбным. – Поэтому сегодня никто, кроме нас, не пришел.

Повисла тишина, которую Мэтт счел признаком всеобщего согласия. Затем Джим поднял бокал:

– Тогда – за нас. За стойкую четверку.

Лиллиан выпила, чтобы показать, что больше не сердится.

– Зря это я, – тут же спохватилась она. – От вина меня в сон клонит. И ребенок же! Это ведь плохо для ребенка? Ладно, всего лишь один глоток.

«Клац, дзынь», – отозвался далекий флагшток.

Мэтт зашел к Рэйчел пожелать спокойной ночи и обнаружил, что она уже спит, завернувшись в розовое покрывало. В открытое окно веяло ночной прохладой.

Он придвинул к кровати кресло и осторожно сел, стараясь не скрипеть.

Рэйчел почти не делала перестановок в комнате после смерти матери.

Спальня до сих пор выглядела детской; на окне висели кружевные занавески, на шкафу сидели плюшевые зверьки. Мэтт точно знал, что Рэйчел не выбросила ни одной старой игрушки. У нее в сундуке хранились мультяшные герои «Моего маленького пони» и «Джем» – полная коллекция, – миниатюрные кухонные плиты, телевизоры, холодильники; туда же был аккуратно уложен «Дом на колесах Барби», тоже собранный полностью.