Звездная жатва

Мэтта словно окутало болезненное спокойствие. Часть его вела вполне обстоятельный диалог; другая часть оказалась изолирована и молча, со страхом слушала Энни. Энни озвучивала то, о чем сам Мэтт боялся подумать.

– Если это целенаправленное заражение, а я думаю, что так и есть, – отстраненно, словно витая в облаках, продолжила она, – мы все очень скоро увидим последствия.

– С чего ты взяла, что оно целенаправленное? – Мэтт с прищуром посмотрел на нее.

– Интуиция. – Энни пожала плечами. – А тебе так не кажется?

На этот вопрос ему отвечать не хотелось.

– Энни, можно вопрос? Ты сказала, что испугалась, услышав об этом от подруги.

– Да.

– А теперь не боишься?

Она нахмурилась еще сильнее:

– Нет… теперь не боюсь.

– Почему?

– Не знаю, Мэтт. – Она отвлеклась от остатков обеда и бросила на Мэтта серьезный взгляд. – Не могу объяснить.

Весь вечер он сортировал бумаги и принял лишь одного пациента: тридцатилетнюю домохозяйку, которая хотела проверить давление. Да, она соблюдала диету.

Да, она принимала предписанные лекарства.

Ее давление было эталонным, 120 на 80, несмотря на небольшую температуру. Пациентка выглядела рассеянной, но, уходя, улыбнулась: «Спасибо, доктор Уилер».

Мэтт подкатил кресло к окну и принялся следить, как свет и тень отмечали ход времени снаружи.

«Нас усыпляют».

Город дремал. Любое движение было обособленным, единичным. По шоссе, как в замедленной съемке, ползла машина. Из дешевой парикмахерской, обслуживавшей как мужчин, так и женщин, вышел пожилой человек в расстегнутой на две пуговицы рубашке.

Его пиджак был переброшен через плечо. Мужчина остановился, провел костлявой рукой по короткому ежику волос. Солнечные блики мелькали на ветровых стеклах автомобилей, асфальт плавился, с далекого пустынного океана наползала дымка.

«Мне должно быть страшно, – думал Мэтт. – Но я не боюсь. От этого тоже должно быть страшно. Но нет».

Усыпление. Как еще назвать этот клинический покой? Нам надо бы кричать. Бесноваться от гнева.

Протестовать против бесцеремонного вмешательства в нашу жизнь. Потому что это…

Что?

Конец света?

«Да, – подумал Мэтт. – Похоже на конец света. Вероятно, это он и есть».

В три часа курьер из частной лаборатории на третьем этаже принес папку с результатами анализов. Анализы крови были ненадежными, а вот обнаружить в моче гонадотропин удалось. Мэтт быстро просмотрел медицинскую карту и позвонил Лиллиан Бикс, подтвердив, что она беременна.