Звездная жатва

– Спасибо, доктор Уилер, – моргнув, ответила Синди. – Все хорошо.

– Ты как будто привидение увидел, – сказала Эллен, когда он вышел из спальни девочки. – Давай присядь.

Он сел за кухонный стол. Эллен налила ему стакан лимонада.

– Я же сказала, что ей лучше, – заметила Эллен.

Мэтт никак не мог собраться с мыслями.

– Она говорит, – произнес он. – Мыслит здраво. Понимает, что я ей говорю. Она еще слаба, ее лихорадит, но, кажется, она даже чуть-чуть поправилась. – Он взглянул на Эллен. – Это невозможно.

– Это чудо, – твердо заявила Эллен. – По крайней мере, я в это верю. – Она усмехнулась. – У меня самой небольшая температура.

– Эллен, послушай. Я рад. Счастлив, что так произошло. Но я не понимаю почему.

Он действительно не понимал. Да, случались ремиссии. Однажды ему попался пациент с раком легкого, у которого наступила «чудесная» ремиссия. Но с Синди все обстояло иначе. Ткань мозга была частично уничтожена. Даже если бы опухоли чудесным образом исчезли, речь не должна была вернуться.

Отвечавшей за нее части мозга больше не существовало. Даже без опухолей девочка должна была выглядеть так, словно пережила тяжелый инсульт. Какие-то способности могли вернуться к ней, но полное восстановление – нет, невозможно… То, что он увидел в ее комнате, было невозможно.

Он не стал говорить об этом Эллен.

– Я хочу быть уверен, – сказал он вместо того. – Пускай ее обследуют в больнице.

Впервые за утро Эллен нахмурилась:

– Может быть, когда она окрепнет. Не знаю, Мэтт. Не хочу снова подвергать ее всем этим процедурам.

– А я не хочу тешить нас ложными надеждами.

– Думаешь, ей снова станет хуже? – Эллен помотала головой. – Нет. Не могу сказать почему, но я знаю. Болезнь ушла, доктор Уилер.

Он не нашел в себе сил спорить.

– Надеюсь, ты права. Синди тоже сказала нечто подобное.

– Правда?

Девочка говорила неторопливо, словно это все еще давалось ей с невероятным трудом, но произносила слова четко и грамотно.

– Бедный доктор Уилер, – сказала истощенная девочка.

 – С такими, как мы, у вас скоро не будет работы.

Каким бы удивительным ни было это происшествие, еще удивительнее было другое: стоило Мэтту покинуть дом Ри, как он перестал о нем думать.

Он поехал в центр по Променад-стрит. Дорога изгибалась параллельно береговой линии. Движение не было оживленным. Ехать было приятно; сбоку под пологом перистых облаков раскинулся спокойный синий океан. Типичный жаркий августовский полдень, когда все неподвижно.