Смертельный урок музыки

Я поднялся на чердак, чтобы посмотреть, как они будут тащить пианино. Мама осталась в гостиной. Она передвигала коробки, чтобы освободить место.

Грузчики притащили с собой веревки и какую-то специальную штуку типа тележки, только без стенок. Сначала они наклонили пианино набок, а потом водрузили его на тележку.

Тащить тележку по узкой лестнице было непросто. Хотя они старательно придерживали пианино, оно все равно несколько раз стукнулось о стену.

В общем, когда рабочие наконец затащили пианино в гостиную, оба были красные, точно вареные раки.

Мама уже убрала коробки и пошла на кухню. Но когда грузчики начали устанавливать пианино на место, она тоже пришла посмотреть.

Она встала в дверях, держа руки в задних карманах джинсов.

Рабочие сняли пианино с тележки. В ярком солнечном свете его черные отполированные стенки блестели, как зеркало.

Они начали опускать его на пол…

И тут мама как заорет!

5

– Кошка! Кошка! – мама кричала так, что у меня заложило уши.

Вы уже поняли. Плюшка стояла как раз на том месте, куда рабочие собирались поставить пианино.

Пианино тяжело грохнуло об пол. В последний момент Плюшка успела из-под него выскочить.

«Жалко, – подумал я. – А то получилась бы настоящая плюшка. Должна же быть справедливость на свете».

Работяги засмущались ужасно. Они принялись извиняться. При этом они вытирали лоб и пытались отдышаться. Но мама их даже не слышала.

Она бросилась к Плюшке и подхватила ее на руки.

– Бедная ты моя киса!..

«Бедная киса» впилась когтями маме в рукав и выдрала несколько ниток из свитера. Мама уронила ее на пол. Скотина же эта возмущенно мяукнула и пулей вылетела из комнаты.

– Она еще не освоилась в новом доме, – сказала мама рабочим.

– Да нет, – вставил я. – Она всегда такая придурочная.

Рабочие ушли. Мама пошла к себе в комнату, чтобы закрепить нитки на изодранном свитере. Я остался в гостиной один.

Я присел на табурет и принялся вертеться на нем туда-сюда.

Табурет был отполированным и гладким. И ужасно скользким.

Я уже представлял себе, как когда-нибудь повеселю родичей, когда они попросят меня сыграть что-нибудь для них. Я сяду за пианино, якобы мне самому не терпится им похвастать своими достижениями. И начну играть. Вот только этот идиотский табурет… он такой скользкий. Я постоянно с него сползаю. И падаю на пол.