Один день в парке ужасов

Мы с Люком рассмеялись, прочитав табличку: «Оборотней не кормить (если удастся)».

Я заметила, что сквозь одно из мутных окошек выглядывает болотно-зеленый кошмариец. Другой прошел неподалеку, держа в лапах человеческую голову – совсем как настоящую. Он то и дело подбрасывал ее, будто мяч, и ловил за длинные белобрысые волосы.

– Без паники, – снова напомнил Люк. Это слово ему потом пришлось повторять весь день.

Мы продолжали медленно двигаться по скользкому коричневому булыжнику, и звук наших шагов гулко раздавался среди пустынных стен.

– Ой! – одновременно вскрикнули мы.

Прямо перед нами пронесся длинный волчий силуэт – мы даже не успели его разглядеть – и скрылся в какой-то дыре.

– Это настоящий? – с дрожью в голосе спросил Клай.

– Конечно, нет, – уверенно ответила я. – Наверное, собака. Или опять заводная кукла.

– А что, здесь очень культурно, – заметила мама, стараясь говорить веселым голосом. – Ни тебе грязи, ни мусора. Видно, посетителей мало.

Папа хмуро шел позади всех.

– Пока я не буду знать, как мы доберемся до дому, я не могу ни о чем другом думать.

– Но, дорогой…

– Здесь где-то должен быть телефон, – перебил он и остановился, оглядываясь. – Идите вперед, я скоро приду.

– Тогда пойдем вместе, – сказала мама, устремляясь вслед за ним. – Ты в таком состоянии, что не сможешь нормально поговорить. А детям и без нас весело.

– Ты что, хочешь оставить их одних? – спросил он на ходу.

– А что? – не отставала мама. – Они про нас и думать забыли.

Куда мы денемся?!

И родители как ни в чем не бывало отправились искать телефон!

– Встретимся здесь на обратном пути, – крикнула нам мама.

Мы остались втроем – Люк, Клай и я. Я на минутку оглянулась им вслед. И только успела повернуться назад, как из-за сарая выпрыгнул большой волк. Он низко пригнулся и угрожающе завыл.

Встретившись взглядом с его злыми голодными глазами, мы помертвели от ужаса.

4

Я вскрикнула и загородила Люка с Клаем.

Оборотень присел к самой земле, низко пригнув голову и глядя на нас круглыми красными глазами. Я не могла отвести взгляда от его разинутой пасти.

– Он… он настоящий! – промямлил Клай и тяжело сглотнул.

Я обняла его за плечи и почувствовала, как он дрожит.

Оборотень хрипло завыл – и вдруг ускользнул назад, в свою черную дыру.

– Ну видишь, это просто для страха, – объяснила я.

– Пошли куда-нибудь еще, – жалобно сказал Клай.