На крючке у червей

– То есть ты знаешь, в чем суть? Знаешь, что именно он там удумал?

На губах Реджины появилась самодовольная ухмылка. Она откинула назад свои каштановые волосы и сделала вид, будто застегивает рот на молнию.

– Черта с два я тебе расскажу.

– Давай выкладывай!

Реджина помотала головой.

– Тогда ты скажи, Бет. – Тодд угрожающе прищурился.

– Ни за что! – Бет с Реджиной шкодливо переглянулись.

– Ладно, вы мне не сдались. Я спрошу его сам. – Тодд кивнул другу. – Погнали, Дэнни.

Мальчики побежали через столовую.

Она вскрикнула от удивления, поднос вылетел у нее из рук. Тарелки посыпались на пол. Адски зазвенели, разлетаясь, вилки с ложками. Салат и спагетти живописным узором украсили пол.

– К чему такая спешка, молодой человек?! – рявкнула мисс Грант на Тодда.

– Э-э… простите, – пробормотал он в ответ. Ничего лучше на ум не пришло.

Мисс Грант наклонилась, чтобы рассмотреть свои коричневые туфли, которые теперь были оранжевыми из-за упокоившихся на них промасленных комков спагетти.

– Я случайно! – Тодд глупо улыбнулся и надвинул на глаза бейсболку.

– Разумеется, не намеренно, – холодно проронила мисс Грант. – Быть может, следует поговорить с вами после уроков о том, в чем разница между столовой и физкультурным залом?

– Определенно следует! – поспешил согласиться Тодд и пронесся мимо нее – выбежав за дверь быстрее, чем когда-либо.

– Отличный вылет, истребитель, – поддел друга Дэнни, когда настиг его.

– Я не виноват, – бросил Тодд. – Встала прямо передо мной. Небось, подумала: «Не трамвай, объедет»…

– Скоро звонок, – предупредил Дэнни, когда они вышли из школы наружу.

– Да и пусть, – отдуваясь после бега, ответил Тодд. – Надо узнать, что этот подражала удумал делать с моими земляными корешами.

Патрик все еще копался в земле за второй базой. Он зачерпывал червей серебристым совком, который выглядел совершенно новым, а затем бросал их в металлическую банку с кормом.

Патрик был стройный, симпатичный парень с волнистыми светлыми волосами и голубыми глазами. В школе он объявился в сентябре – его семья переехала в Огайо из Пасадены; от него все только и слышали, насколько же на старом месте было круче, чем здесь.