Ночные крылья

– Возможно, ты прав, – признал я и, собрав остатки сил, шагнул к воротам Роума.

Бдительные глаза пристально смотрели на нас сквозь бойницы в стене. Когда мы были на середине ворот, нас остановил толстый Страж с рябым лицом и отвисшей кожей и спросил, что нам нужно в Роуме. Я назвал свою гильдию и цель прихода, и рябой Страж презрительно фыркнул.

– Ступай куда-нибудь еще, Наблюдатель! Здесь требуются только нужные люди.

– Наблюдение приносит свою пользу, – мягко возразил я.

– Несомненно. Несомненно.

 – Он покосился на Авлуэлу. – А это кто? Наблюдатели безбрачны, разве нет?

– Она не более чем обычный попутчик.

Страж похотливо осклабился.

– Сдается мне, ты часто ходишь этим путем! Впрочем, не вижу, что ты в ней нашел. Сколько ей? Тринадцать? Четырнадцать? Подойди-ка сюда, детка. Хочу проверить тебя на предмет контрабанды. – Он быстро облапал ее тело, ощупав крошечную грудь, нахмурился, а когда нащупал пониже лопаток бугорки крыльев, удивленно выгнул бровь.

– Это как понимать? Ну и ну, сзади больше, чем впереди! Ты ведь Воздухоплавательница, верно? Грязное это дельце.

Воздухоплавательница, а якшается с мерзкими старыми Наблюдателями. – Он усмехнулся и снова облапал тело Авлуэлы. Видя это, Гормон в гневе шагнул вперед, готовый убить его на месте. Я успел схватить его за запястье, удерживая на месте, чтобы он не погубил нас троих нападением на Стража. Перерожденец дернулся и чуть не опрокинул меня на землю, но затем успокоился и равнодушно наблюдал за тем, как толстяк закончил проверять Авлуэлу «на предмет контрабанды».

Наконец Страж с явным отвращением повернулся к Гормону.

– А ты кто такой? – спросил он.

– Я не состою в гильдиях, ваша милость, – резко ответил Гормон. – Смиренный и никчемный продукт тератогенеза, но тем не менее свободный человек, желающий попасть в Роум.

– Разве нам здесь нужны новые монстры?

– Я ем мало, а работаю много.

– Ты бы работал еще больше, будь ты кастрирован, – сказал Страж.

Гормон был готов испепелить его взглядом.

– Так мы можем войти? – спросил я.

– Момент. – Страж надел свой нейрошлем и прищурился, передавая сообщение в резервуары памяти. Сначала его лицо напряглось от усилия, но затем обмякло, и через несколько мгновений пришел ответ. Нам, разумеется, ничего не было слышно, но, судя по его разочарованному виду, не было найдено никаких оснований для отказа нам войти в Роум.

– Проходите, – сказал он. – Все трое. Быстро!

Мы прошли за ворота.