Мой хозяин

Надо только затеряться в чаще и…

Внезапно передо мной выросла мощная фигура мужчины в чёрной форме. Не успела опомниться, как он с силой стиснул мою руку и, достав рацию, проговорил в неё коротко и чётко:

– Это Михаил, Вандор Александрович. Девушка со мной.

Я дёрнулась. Дыхание, шумное, перемешанное с хрипом и чем-то, напоминающим жалобный писк, вырвалось из груди рваными толчками. Ком подкатил выше и почти перекрыл доступ кислорода, глаза наполнились слезами. Я почувствовала, как из меня медленно уходят силы.

– Пожалуйста, отпустите меня, – взмолилась я, едва в силах шевелить губами. Слезы потекли по лицу. – Пожалуйста…

Не знаю, чего я хотела добиться. Наверное, это был последний крик отчаяния, агония. Понимая тщетность попыток избежать дальнейшего, я хваталась за соломинку, пусть и знала, что соломинка эта мало того, что слишком короткая, существует лишь в моём воображении.

Не обращая внимания на мои попытки упираться, охранник поволок меня обратно к лужайке. В стопу врезалась какая-то палочка, и я, вскрикнув, споткнулась. Тащивший меня мужчина даже не замедлил шаг. Думаю, если бы я упала, он бы просто поволок меня по земле.

Вандора я увидела ещё до того, как мы оказались на поляне. Он стоял в лучах солнца – одетый во всё чёрное и на фоне своего собственного замка казался лордом.

Я снова споткнулась. От прикосновения прохладной травы к ногам стало чуточку легче, но это было так ничтожно по сравнению с происходящим, что облегчение продлилось не дольше секунды. Подтащив меня к Вандору, охранник встал истуканом. Я же практически повисла, удерживаемая его рукой – растрёпанная и жалкая.

– Спасибо, Михаил, – отрезал мой хозяин как будто спокойно. Однако от меня не укрылись холодные, угрожающие нотки в его голосе.

Должно быть, не укрылись они и от охранника. Он кивнул, но руку мою не выпустил.

– Можешь идти, – снова заговорил Вандор. – И скажи своим свободным ребятам, что, – он лишь мазнул по мне взглядом, а после снова посмотрел на охранника, – у меня для них есть… бонус. Думаю, они не откажутся от услуг нашей гостьи.

Уголка его рта едва заметно коснулась циничная усмешка, мне же стало по-настоящему жутко.