Чужие: Геноцид. Чужая жатва (сборник)

Я готова поспорить, что вероятностный анализ предскажет немалые потери в личном составе, – сказала женщина.

– По нашим расчетам все совершенно не так, – ответил Грант. «Откуда взялась эта выскочка? Что она хочет? Погубить мой план?»

Женщина посмотрела по сторонам и бросила серьезный взгляд на каждого присутствующего.

– Послушайте, что я вам скажу. Мне приходилось бывать в ульях чужих. Даже с самым совершенным оружием потери всегда были и будут. Вы готовы взять на себя ответственность за это? – в ее голосе чувствовалось напряжение и сильнейшая душевная боль.

Некоторые начальники начали хмыкать и что-то невнятно бормотать. Она явно попала в больное место.

– Черт возьми, – произнес Грант, – разве сейчас не идет война? Разве миссия, с которой отправляется экспедиция, не направлена против врага? Случайности возможны в любом деле, но разве кто-то может утверждать, что потери неизбежны?

Он с вызовом посмотрел на женщину.

Ее глаза были холодны как лед. Она не поддавалась:

– Я только хотела задать вопрос, мистер Грант, и обратить внимание на факт, которого вы стараетесь не касаться, вот и все, – сказала девушка, и на ее губах вдруг появилась улыбка.

«Боже всемогущий! Кто эта стерва?»

Генерал и адмирал склонились друг к другу и тихо пошептались о чем-то. Адмирал посмотрел на остальных офицеров и увидел в основном легкие кивки в знак одобрения и воодушевленные взгляды.

– Хорошо, мистер Грант, – произнес адмирал. – Похоже, ваше предложение прошло первую проверку на прочность. Я думаю, мы сможем что-нибудь придумать.

Грант расплылся в улыбке до самых ушей. Он не смог ее сдержать, так как мышцы лица его не слушались.

– Рад слышать, адмирал. Очень рад это слышать! – сказал Грант и пожал пухлую руку адмирала, а затем кивнул остальным офицерам. – Мои компании уже долго и плодотворно сотрудничают с такими замечательными людьми, как вы.

Послышалось несколько смущенных покашливаний. Несколько офицеров, принимающих участие в собрании, извинившись, вышли в лабиринты коридоров вашингтонского здания. Мысленно Грант успокоился. Он всегда недолюбливал военных, а тем более не любил сотрудничать с ними, особенно если речь шла о сборе маточного молочка. В этом отношении он предпочитал иметь дело с наемниками.