Искатели легенды инков

– Я, пожалуй, с ребятами, – перебил Владимир Светлану, уже приготовившуюся что-то сказать Дмитрию.

Света оказалась в замешательстве, и Марк счел нужным немедленно разрядить обстановку.

– Спасибо, Светлана, но тебе лучше остаться дома. Я тоже поеду с ребятами. Мы возьмем все вещи, а ты завтра подъезжай в аэропорт налегке.

– Ну, ладно, спорить с вами смысла нет. Договорились. Пойду накрывать на стол.

– Я помогу тебе, – сказал Марк, посмотрев ей в глаза.

– Спасибо, я сама. – Света сказала это так серьезно, что Марк сразу для себя решил: не стоит сейчас начинать никаких разговоров.

Остальные тоже обратили внимание на сдержанный тон Светланы, но каждый счел нужным промолчать.

Всех ждал перелет через Атлантику. Однако вряд ли они всерьез представляли, что их ждет впереди.

Глава 4

Перу, Лима.

13 октября.

Группу, приземлившуюся в аэропорту Лимы, на перуанской земле встретили весьма гостеприимно.

– B’embenidos! M? al?gro d? v?rles[1 - Добро пожаловать! Мы рады вас видеть! (исп.

Еще в России участники экспедиции забронировали билеты на самолет из Лимы в город Пуэрто Мальдонадо. Там они должны были встретиться с Василием Николаевичем.

До вылета оставалось еще четыре часа. Пообедав в одном из ближайших кафе и немного передохнув, друзья решили совершить небольшую экскурсию на такси, чтобы осмотреть город.

Столица Перу впечатлила их своей контрастностью. Особенно им пришлось по душе то, что Лима гармонично сочетала в себе испанские колониальные постройки и современные высотные здания. Однако общее впечатление было немного смазано видневшимися вдали кварталами трущоб.

– Да уж. Наверное, это и есть та самая обратная сторона медали, – задумчиво произнес Владимир.

– То ли еще будет, – подхватил Андрей. – Вот доберемся до джунглей…

– Ладно, хватит.

– Марк прав, – поддержала его Светлана, – давайте сосредоточимся на главном.

От неожиданности Марк машинально взглянул на нее, но не стал долго задерживать свой взгляд. Однако даже после такой короткой встречи глаз и сказанных Светой слов душа Марка словно расцвела. И все же, показывать этого он не торопился – посчитал преждевременным.