Зов ночной птицы

Как скоро я буду провожать и его?

– Простите, сэр, – подал голос Гаррик, прежде чем Бидвелл успел дать отповедь доктору. – Когда вы говорили про болезнь в городе… вы имели в виду… – Он запнулся, подыскивая формулировку. – Вы имели в виду, что до нас добралась чума?

– Полегче, Бенджамин, – вполголоса предупредил доктора мистер Джонстон.

– Нет, он говорил не об этом! – сердито вмешался Бидвелл. – Просто он расстроен кончиной миссис Честер, вот и все! Скажи ему, что речь не идет о чуме, Бен.

Доктор выдержал паузу, и Мэтью уже было подумал, что он сейчас объявит о начале эпидемии чумы в Фаунт-Ройале.

– Нет, я говорил не о чуме. По крайней мере, не о чуме, вызванной какими-либо физическими причинами.

– Мне кажется, наш дорогой доктор хочет сказать, – обратился Джонстон к Гаррику, – что нынешняя духовная… гм… уязвимость нашего города отражается и на физическом здоровье жителей.

– То есть, по-вашему, болезни насылает на нас эта ведьма? – медленно ворочая языком, уточнил Гаррик.

Бидвелл решил остановить этот поток рассуждений, который мог прорвать дамбу, если бы Гаррик – толковый фермер, но бестолочь во всех вещах, далеких от мотыги и плуга, – начал доносить свое толкование сказанного до ушей местных жителей.

– Давайте смотреть в будущее, а не в прошлое, джентльмены! Элиас, наше спасение уже не за горами, и оно всецело зависит от мирового судьи. Так будем же уповать на Господа и на правосудие, впредь не позволяя себе такие разрушительные речи.

Гаррик взглядом попросил Джонстона перевести сказанное.

– Это он к тому, что не надо тревожиться, – пояснил учитель. – И я с ним согласен. Уже скоро судья избавит нас от этой напасти.

– Я польщен вашим доверием, господа, – сказал Вудворд, наряду с удовольствием ощутив и бремя ответственности. – Надеюсь оправдать ваши ожидания.

– Да уж постарайтесь, – проворчал Шилдс, отставляя в сторону пустой бокал.

– Джентльмены! – В дверях появилась миссис Неттлз. – Ужин подан.

Банкетный зал в задней части здания, по соседству с кухней, производил сильное впечатление: стеновые панели из благородного темного дерева, развешанные повсюду гобелены, облицованный камнем камин размерами с зев фургона. Стену над камином украшала голова матерого оленя, а по обеим сторонам разместилась коллекция мушкетов и пистолей.