Жизнь мальчишки

А выпив лимонада,

Сквозь горлышко и дно

На горизонт смотрели:

Он был недалеко.

За ним, в краю волшебном

И наш остался след,

Хоть на автомобиле

Туда дороги нет.

Нам были псы как братья,

На великах на Марс,

Оттуда и обратно

Гоняли мы не раз.

Тарзаном на лианах

Любили мы летать

И шпаги, словно Зорро,

Отважно обнажать.

Грядущее казалось

Далекою страной,

Где мамы не старели,

Где каждый был герой.

Напоминало время

Зыбучие пески,

Взахлеб тогда мы жили,

Плевав на синяки.

Уж в зеркале седины

Я вижу у висков.

Но книга не об этом —

Она для пацанов[1 - Перевод Михаила Тарасова.].

***

Прежде чем мы начнем наше путешествие, хочу сказать вам важную вещь.

Я сам пережил все то, что изложено на этих страницах. Но когда ведешь повествование от первого лица, возникает одна проблема. Читатель уже заранее знает, что рассказчик в конце не будет убит. Поэтому, что бы со мной ни происходило, вы можете быть уверены, что я пережил все это, и подобный опыт мог сделать меня как чуточку лучше, так и чуточку хуже.

Впрочем, об этом вы сможете составить собственное мнение.

В некоторых местах этого рассказа вы, пожалуй, скажете: «Эй-эй, погодите-ка, откуда он мог тогда знать, что это событие произошло либо что тот человек сказал или сделал то-то и то-то, если самого рассказчика там вовсе не было?» Ответ на этот вопрос таков: многое я узнал позже, что дало мне возможность заполнить пробелы, а в некоторых случаях пришлось додумывать события, иногда изменяя то, что происходило на самом деле.

Я родился в июле 1952 года и сейчас нахожусь на пороге своего сорокалетия. Уже солидный возраст, не правда ли? Я больше не «многообещающий молодой талант», как меня называли критики. Я тот, кто я есть. Писать я начал еще в школе, а придумывать всевозможные истории стал задолго до того, как понял, чем же на самом деле занимаюсь. Писателем себя по-настоящему ощутил в 1978 году, после первой публикации.

Или я был всего лишь автором? «Сочинителем книг в мягких обложках», как пели когда-то «Битлз»? Или автором книг в твердых переплетах? В одном я определенно уверен: я всегда мечтал увидеть свои книги в твердых переплетах. Я страдал от пинков и улыбался, встречаясь с добрым к себе отношением, как и любой из наших братьев и сестер в этом изменчивом мире. Бог благословил меня, наделив способностью кроить характеры и миры из словесной ткани.