Мои Белые Боги

Саша почему-то испугалась. Испугалась. Обняла согнутые ноги руками и уткнулась носом в колени, не желая их видеть. Они о чем-то тихо переговорили между собой и тот, с рыжиной вышел. Второй, брюнет медленно подошел к ней, сел рядом на корточки и вглядывался в нее. Саша чувствовала на себе внимательный взгляд. Не выдержала и подняла лицо. Некоторое время они молча разглядывали друга.

– Помогите мне, – дрогнувшим голосом попросила Саша и тут же увидела отклик в глазах незнакомца. Он определенно сочувствовал девушке.

– Вы понимаете русский?, – с надеждой спросила Саша. Переспросила на испанском и французском и снова получила отрицательный ответ. Когда она замолчала, он сказал: – Тшшшш.

Этот звук понятен и без перевода, звук утешения, просьба успокоиться. И Саша кивнула и решила не бояться, что бы дальше не произошло. В комнате, прямо перед ними появилась сама Саша, точнее проекция. Ну, конечно, же это проекция, ее изображение в объеме. Значит это развитая страна в техническом плане. Тогда где мобильные телефоны, ноутбуки, интернет, – с тоской подумала девушка, как ее проекция исчезла.

Появилась проекция ее джинс. Он хочет узнать про одежду.

– Джинсы, – сказала она.

– Джинсы, – с мягким акцентом повторил мужчина. С акцентом, но вполне понятно. В его глазах мельнул озорной огонек и он показал женщину в юбке. Саша не удержалась от иронии.

– С голой грудью ходить можно, в джинсах нет, значит, – и мягко улыбнулась.

Незнакомец понял, что это была шутка, хотя саму шутку определенно не понял.

Потом появилась проекция его самого.

– Грис, – сказал он.

– Грис, – повторила Саша.

– Грис Форст, – дополнил он.

– Саша Сумецкая, – сказала Саша, решив не называть полное имя Александра, чтобы не путать Гриса и не обрывать тонкую ниточку взаимопонимания. Потом он просто называл слова и больше ничего не показывал. Из всех названных слов, ей приходилось слышать мориспен и кулькиты, но что значили эти слова она не знала, поэтому чтобы не путать Гриса отрицательно качала головой.

В его глазах все больше отражалось удивление, доходившее до изумления и непонимания. Ну теперь хоть кто-то понял чувства Саши. Она также ничего не понимает. Перед уходом Грис что-то сказал – не понятное, конечно, но по интонации было понятно: пытался приободрить девушку, а вскоре после его ухода пришла Хала с доской из тонкого камня и углями и нарисовала окно, ложку (она у них не такая глубокая и более широкая), миску, простые геометрические фигуры, части тела.