Язык тела

Пожилой и немощный вдовец, всю жизнь проработавший в инженерном отделе Лондонского метрополитена, казался маловероятным претендентом на кровожадную месть.

– Буду иметь это в виду, – сухо заметила Флайт. – Вообще-то сейчас я не спешу делать выводы о мотиве, связан он с морской свинкой или нет.

Монотонное произношение Флайт и ее высокомерная улыбка заставили Кэсси задаться вопросом, как она могла, даже мимолетно, счесть женщину-полицейского горячей. Тут Кэсси Рэйвен скрестила руки на груди:

– Тогда скажите мне, зачем кому-то понадобилось красть тело восьмидесятиоднолетнего диабетика со стенокардией?

Флайт возмущенно дернулась.

Женщина своим поведением напомнила Кэсси, каким бывал Макавити, когда был раздражен.

– Еще рано говорить об этом, – отрезала Флайт. – Просто есть люди, питающие нездоровый интерес к смерти и мертвым телам.

«Люди вроде тебя, – казалось, говорил ее затуманенный взгляд, – с пирсингом и странной прической».

– Что ж, рада слышать, что вы не меняете своего мнения, – Кэсси и не думала скрывать акцент.

На бледных щеках Флайт появились два розовых пятна. Она развернулась, чтобы уйти, но когда они вышли из хранилища, Кэсси поймала взгляд, брошенный через плечо; взгляд, похоже, оценивающий расстояние между дверью и шестнадцатым ящиком.

Флайт

Сержант Филлида Флайт решила воспользоваться быстрым маршрутом вдоль канала, чтобы быстрее вернуться в участок.

По тому, как хмуро она смотрела на буксирную дорожку, прохожий мог бы подумать, что Флайт злится. На самом деле она просто пыталась держать себя в руках и сосредоточиться на предстоящей работе: исчезновении тела Харольда Хардвика.

Как бы сержанту ни было неприятно признаваться в этом служащей морга, девушке-готу, торговля органами казалась маловероятным сценарием, учитывая преклонный возраст Хардвика, однако Филлида понятия не имела, что могло послужить мотивом для кражи. Ритуальное использование частей тела, возможно, явилось бы самым перспективным направлением расследования: прошло не так уж много лет с тех пор, как обезглавленное и лишенное конечностей тело ребенка – жертвы африканских колдовских практик – извлекли из Темзы.

Только вот как она ни старалась сосредоточиться, в голове все время крутились картинки и запахи морга. Эти воспоминания грозили захлестнуть Филлиду с головой. Прошло более двух лет с тех пор, как она побывала в одном из моргов, но когда ее новый начальник, инспектор Беллуэзер, поручил ей дело Хардвика, она не могла отказаться.