Коллекционеры цветных душ

– Ага… угу… ну-ну… – иронически промычал Энстон. – Из-за которых ты сегодня плотно влип! Эти допотопные конструкты немыслимы для цивилизованного общества! С ними любой тебя облапошит!

– Если не побоится схлопотать по шее, – угрюмо буркнул Лотос, – но я всегда честно об этом предупреждаю!

– Боюсь, на этом не кончится, – сказал Энстон, поцокав языком. – Тебе ещё повезёт, если набрёл на мелкую сошку, а не на шишку из высшего эшелона.

– Ничего, ты меня спасёшь!

– Ну конечно! Меня может не оказаться рядом.

Помнишь дело восьмой улицы Коротколапов?

– Это про ту бедную девочку, на которой оказались женаты сразу пятеро мужиков?

– Н-нет, – Энстон кашлянул, но Лотос явственно уловил его смущение. – Что-то я не припомню, чтобы я рассказывал тебе про Альгамбру Ноктюрн, профессиональную вдову…

– А то как бы иначе я узнал? – не моргнув глазом, отозвался гигант.

Научиться читать было не таким уж сложным делом. В конце концов, картотека Энстона была ничуть не хуже букваря. А история Альгамбры Ноктюрн захватила Лотоса целиком.

Но! Вдруг, стоит Эстону прознать, что гигант отныне грамотный – и парень перестанет о нём заботиться! А Лотосу так хотелось, чтобы о нём заботились…

Энстон, конечно, так не поступит. Только не он! Но вдруг…

– Если хочешь, – Лотос кашлянул (слова вертелись на языке, но почему-то не шли дальше). – Ну… то есть… так, для твоего успокоения, я мог бы пообещать, что больше никогда не стану иметь дела с архаиками, ни за что, до конца жизни! Хочешь?

Он нерешительно взглянул на Энстона с высоты своего огромного роста, большие круглые глаза без век приобрели просительное выражение.

Лотос не любил огорчать людей, люди казались ему какими-то беззащитными, может, оттого, что были маленькими и слабыми… а тем более Энстона. Энстон был его другом.

Юрист поднял голову и взглянул на Лотоса с таким выражением, будто тот только что сморозил величайшую глупость на свете.

– Ничего не выйдет, – спокойно, но с состраданием в голосе произнёс он.

 – Ты не можешь этого обещать. От тебя это теперь не зависит.

Чтобы там ни говорил старший товарищ, Лотос прежде всего прислушивался к себе – в конце концов, именно благодаря развитой интуиции он успешно выживал на улице в течение многих лет. И сейчас эта интуиция подсказывала, что все архаики Немира как миленькие обойдутся без его услуг. Следуя путаными улочками к своей ежедневной цели – окружной управе, Лотос повторял про себя эту фразу как мантру.