«Уолдо», «Неприятная профессия Джонатана Хога» и другие истории

И как таковая способна улавливать электромагнитные волны и действительно делает это. Но результатом оказывается не наведенный электрический ток, а нервная пульсация – нечто до боли похожее, но в то же время решительно иное, чем электрический ток. Чтобы вызвать мышечную активность, можно вместо нервных импульсов приложить к живым тканям электродвижущую силу, но ЭДС – это не нервный импульс. При том же результате ток и импульс распространяются с очень уж разными скоростями. Электрический ток распространяется почти со скоростью света, а нервный импульс движется со скоростями порядка метров в секунду.

Именно в этом различии скоростей распространения Уолдо учуял ключ к пониманию проблемы.

Однако ему не позволили отложить проблему с фантастическим «помелом» Маклеода в долгий ящик. Позвонил доктор Рэмбо. Уолдо ответил на звонок, поскольку звонили из лабораторий НАПЭ. Увидел на экране незнакомого человека и спросил:

– Кто вы и что вам нужно?

Рэмбо пугливо огляделся по сторонам.

– Ш-ш-ш! Не так громко.

– Кто может подслушать? И кто вы такой?

– Да те же, что и обычно. На ночь всегда запирайте дверь. Я доктор Рэмбо.

– Какой такой доктор Рэмбо? Ах да. Послушайте, доктор, что означает это ваше вторжение?

Доктор так подался вперед, что чуть не выпал во «Фригольд» из стереоизображения.

– Я понял, как этого добиться, – свистящим шепотом произнес он.

– Чего добиться?

– Четкой работы декальбов. Наших распрекрасных декальбов.

Внезапно он выбросил вперед руки, судорожно шевеля пальцами:

– Вот как они действуют! Шевелятся, шевелятся, шевелятся!

Уолдо ощутил естественный порыв прервать собеседника, но ему было любопытно, что он скажет дальше.

– И знаете почему? Знаете? Спросите меня почему.

– Так почему же?

Рэмбо приложил палец к носу и плутовато засмеялся:

– Так хотите знать? Это, думаю, дорогого стоит. Но вам я скажу!

– Так говорите.

И тут в глазах Рэмбо явился смертельный страх.

– Может, и не стоит говорить.

– Это все? – полюбопытствовал Уолдо, теперь уже решительно забавляясь скоморошеством собеседника.

– А вам мало? Куры закукарекают, петухи сядут на яйца. Вы здесь, а я там. А может быть, и нет. Нет ничего определенного. Ничего, ничего, НИ-ЧЕ-ГО определенного! Крутится-вертится шарик лото, чем обернется – не знает никто. Один я знаю.