Немир

 – Словно кислота разъедает миры, и они проникают друг в друга. Наверно это происходит оттого, что Вселенная слишком стара.

– Что же предпринять? – беспокойно спросил король, на которого все эти философские рассуждения подействовали нехорошо.

– Я собираюсь выслать отсюда всех людей до одного, – сказал Монтернор, оборачиваясь к нему. – Я сделаю это в ближайшее полнолуние.

Все, даже безмолвный Арон, мгновенно оживились. Было ясно, что это выход.

– Тогда я, наконец, закрою границы, – сказал Монтернор, – и, возможно, Равновесие восстановится.

– Магистр, Вам звонит НИЦИАД, – послышался по связи чистый голос секретаря.

Монтернор задумался, собрав на лбу глубокие морщины. Если Инферналис обращается по внутреннему каналу, покушаясь на его свободное время, значит, дела хуже некуда. Только вот чьи дела? Сейчас узнаем.

– Давай его сюда.

Галахад и Арон переглянулись; король сильфанеев тихо вздохнул.

Монтернор подождал, пока сигнал датчика на аппарате связи не изменит ритм, после чего нажал кнопку приёма.

– Прошу меня простить, что беспокою в такой дивный вечер, – Магистр посмотрел в окно: дивный не дивный, это действительно был уже вечер. – Дело крайне важное. Я только что получил сведения, что Равновесие было нарушено.

Магистр и Галахад обменялись взглядами. «Уже?» – вопрошал взгляд короля, «Ага!» – безмолвно отвечал ему Монтернор. Тон Инферналиса был безразлично светским; тем явственнее в нём ощущалась наигранность. Было бесполезно гадать, откуда Генеральный директор НИЦИАД узнал обо всём.

Как запах бензина и гари легко распространяется во влажном воздухе, так вести из дворца Принцессы Тайны беспрепятственно проникали в головы граждан Немира и прочно поселялись там. Происхождение этого феномена гнездилось в области высших материй.

Инферналис продолжал:

– Вы знаете, что авторитет нашей прекрасной сивиллы в определённых кругах неимоверно высок, – в его голосе звучала замаскированная издёвка. – Даже слишком, я бы сказал. С некоторых пор я веду беспрестанную борьбу с этими нелепыми слухами – естественно, с помощью административных мер.

Вы сами знаете, насколько это утомительно. Последняя информация непременно поставит всё с ног на голову. Работа моих служб может быть парализована. Но здесь я бессилен. И потому прошу Вас, как представителя Высшей власти, выступить с официальным опровержением.

По виду Монтернора никак нельзя было сказать, что ему только что нанесли ощутимый удар. И всё-таки Магистр не намерен был таиться.