Кукловоды. Дверь в Лето (сборник)

Я поблагодарил Олдфилда и отключился, чтобы не наговорить ему лишнего. Потом набрал еще один номер. У Старика есть специальный канал связи, в дополнение к обычным, этим сигналом его из могилы поднять можно, но не дай бог кому-то из агентов воспользоваться кодом без важного повода. Я сам им пять лет не пользовался.

Старик ответил букетом ругательств.

– Босс, – перебил я его, – это насчет Айовы…

Он сразу утихомирился:

– Да?

– Мы с Мэри за ночь кое-что накопали в архивах и хотели бы все это с вами обсудить.

Вновь ругательства. Он распорядился передать данные в аналитический отдел и добавил, что при следующей встрече оторвет мне уши.

– Босс! – рявкнул я.

– А?..

– Если вы хотите все бросить, мы готовы сделать то же самое. Мы с Мэри уходим из Отдела прямо сейчас, считайте это официальным заявлением.

Мэри вскинула брови, но промолчала. Старик тоже замолчал надолго. Я уж думал, что он отключился, – как вдруг он выдавил усталым голосом:

– Отель «Палмглейд», на севере Майами-Бич.

– Вылетаем.

Я заказал такси, и мы поднялись на крышу. Я посоветовал таксисту сделать крюк над океаном, чтобы не нарваться на полицейские радары над Каролиной, и мы очень быстро добрались.

* * *

Старик прекрасно загорел. Он выслушал наш доклад, с мрачным видом просеивая между пальцами песок. Я даже прихватил с собой маленький проектор, чтобы он мог сам просмотреть записи.

Когда мы дошли до тридцатилетнего цикла, Старик резко вскинул голову, но позволил продолжать, до тех пор пока мы не дошли до вопроса о возможности такой же цикличности в исчезновениях.

– Дайте мне аналитиков. Алло, Питер? Это босс. Мне нужен график необъяснимых исчезновений начиная с тысяча восьмисотого года. Чьих? Людей, конечно же, а не ключей от машины. Сгладишь известные факторы и отбросишь стабильный уровень. Мне нужны скачки и спады. Когда? Два часа назад. Ну чего ты еще ждешь?

Отключившись, он с трудом поднялся на ноги, позволил мне вручить ему трость и сказал:

– Ладно, пора возвращаться к станку.

– В Белый дом? – с надеждой спросила Мэри.

– Что? Когда ты повзрослеешь? У вас нет ничего такого, что могло бы убедить президента.

– А что же тогда?

– Еще не знаю. И если ничего в голову не приходит, лучше пока помолчи.

Естественно, Старик держал под рукой машину, и мне пришлось ее вести.