Нам, живущим. Реквием

Потом она подошла к стене, украшенной фреской, на которой была изображена Деметра с рогом изобилия. Часть стены бесшумно поднялась, открыв взгляду непостижимое множество клапанов, дверок и блестящих приборов. Минут на десять она, напевая, углубилась в работу с приборами. Перри зачарованно смотрел на нее. Его удивление уступило место сердечной благодарности – «дриада» была юная, зрелая и во всех смыслах очень желанная. Ее быстрые грациозные движения вселяли в его душу уверенность, они казались наполненными радостью.

Девушка прервала пение и воскликнула:

– Так! Все готово, если больной готов поесть!

Она подняла нагруженный поднос и понесла его в дальнюю часть комнаты. Фреска вернулась на место, и блестящие приборы исчезли. Девушка поставила поднос на диван и потянула за ручку, утопленную в обивке. Ручка последовала за ее рукой, вытащив за собой полочку – примерно в два фута шириной и четыре в длину. «Дриада» повернулась к Перри и позвала:

– Давайте же ешьте, пока горячее.

Перри начал подниматься и застыл.

Девушка заметила его нерешительность и забеспокоилась:

– Что такое? Еще слишком слабы?

– Нет.

– Потянули мышцы?

– Нет.

– Тогда подходите, пожалуйста. В чем дело?

– Ну, я… э-э-э… вы понимаете, я… – Как же, черт побери, объяснишь симпатичной девушке, притом совершенно обнаженной, что не можешь подойти к ней, потому что ты тоже без одежды? Особенно учитывая, что она, похоже, не знает, что такое благопристойность.

Она склонилась над ним с заметным беспокойством.

Да ну и черт с ним, сказал себе Перри и стал выбираться из постели. Он слегка пошатывался.

– Могу я предложить свою помощь?

– Благодарю, я в полном порядке.

Они уселись по разные стороны стола-полки. Девушка прикоснулась к кнопке, и крупный фрагмент стены рядом с ними отъехал вверх, открывая окно и за ним великолепный вид. По изрезанному горному склону, через каньон, маршировали высокие сосны. Вверху по каньону, правее ярдах в восьмистах, водопад вывешивал дымку, трепещущую на легком ветру.

Затем Перри взглянул вниз – под окном ничего не было. Головокружение вцепилось в него, и он будто снова завис на ограждении, глядя на пляж поверх капота своего автомобиля. Он снова услышал собственный крик. Ее руки уже обвивали его, успокаивая. Он собрался с духом.

– Все в порядке, – пробормотал он, – но прошу, закройте ставни.

Она не стала спорить и ничего не ответила, но сразу закрыла ставни.

– Теперь можете поесть?

– Да, думаю, что могу.