Убийственная красота. Запретный плод

Мы прожили вместе почти два года – разве это можно просто забыть, сообщив об измене, как о чем-то не столь значимом? А именно так я и сделала, разве нет?

Но звонил не Сережа.

– Андре? – Увидев на экране его номер, я подпрыгнула на кровати, как от удара тока. Его голос был возмутительно спокоен.

– Выспалась, птичка моя? – спросил он, и я услышала, как стучат его пальцы по клавишам компьютера.

– Ты что, на работе? – Я прилагала титанические усилия к тому, чтобы голос звучал нейтрально. У меня почти получилось.

Почти. Губы невольно растянулись в счастливую улыбку. Я расцветала, оживала в присутствии Андре, и ничего не могла с этим поделать.

– Кому-то же надо зарабатывать на хлеб насущный, – усмехнулся он. – Как ты себя чувствуешь, мармеладка?

– Сколько еще прозвищ ты придумаешь, лишь бы не называть меня по имени? – рассмеялась я. – Интересно, если скажу тебе, что прекрасно выспалась, отлично себя чувствую и как раз читала интересную статью в интернете, ты за меня порадуешься или огорчишься?

– Действительно, интересный вопрос, – отозвался Андре.

Низкий голос, темный бархат. Я закрыла глаза, смакуя его, как первый глоток утреннего кофе. Андре не любит кофе, но я люблю Андре.

– Мне кажется, ты хотел бы, чтобы без тебя я умирала в тоске, а с твоим приходом оживала и тут же раздевалась, – сказала я преувеличенно обиженным тоном. Андре расхохотался, а я попыталась вообразить, как он сидит там, в тишине своего бесчувственного, стерильного кабинета и представляет меня голой.

– Нет, я вовсе не такой уж монстр, но я бы не возражал, если бы ты была одержима мною, как бывают одержимы нимфоманки. Чтобы ты хотела меня на завтрак, обед и ужин. Мы могли бы придумать что-нибудь интересное, – в его голосе послышались мечтательные нотки.

– К сожалению, нимфоманки, как правило, одержимы не мужчинами, а самим сексом. Если бы я была нимфоманкой, то прямо сейчас совокуплялась бы с каким-нибудь мужчиной. Может быть, даже не прерывая разговора с тобой, – промурлыкала я обманчиво нежно, и эффект был достигнут.

Голос Андре заледенел так, что я даже поежилась.

– Ты не одна? – спросил он коротко, как будто отдавая команду.

– Я не одна, – подтвердила я, прекрасно понимая, что играю с огнем.

– Он вернулся, да? – спросил Андре после долгой паузы. – Я не сказал тебе, но я тут понял, что не хочу и не смогу тебя ни с кем делить.

– Ты это понял до или после того, как Сережа ударил меня по лицу – и из-за тебя, между прочим? – вспылила я.