Мифы Ктулху

Ну, некоторое время последил за ним, конечно – убедился, что он ни к кому в салуне не пристает, – но парень взял выпивку и пошел один в игорный зал.

Через несколько минут выбежал мужчина, крича, что кого-то убили. Я направился в зал и оказался там как раз в тот момент, когда Майк О'Доннелл наклонился над человеком, в котором я узнал того самого ковбоя. По-видимому, револьвер взорвался в его руке. Уж не знаю, в кого он там собирался палить. Выглянул на улицу – ни души. Никто не увидел, как все произошло, – ну разве что Том Эллисон.

Я тщательно собрал все, что осталось от револьвера, и передал на исследование коронеру – так что меня тут не в чем упрекнуть, с какой стороны ни взгляни!

ПОКАЗАНИЯ ТОМАСА ЭЛЛИСОНА

Меня зовут Томас Эллисон. Я работаю в компании «Макфарлейн и партнеры». В ночь на 3 ноября я был в салуне «Биг Чиф». Я не заметил ковбоя, когда он вошел. В салуне было много мужчин. Я выпил несколько рюмок, но не был пьян. Я увидел Гризли Гуллинса, охотника на бизонов; он топал ко входу в салун.

У меня были с ним разногласия, и я знал, что он в целом плохой человек, пьяница и дебошир, а так как мне неприятностей в тот вечер совсем не хотелось – решил тихонько уйти из «Чифа» черным ходом.

Я прошел через игорный зал и увидел мужчину, который сидел за столом, положив голову на руки. Я не обратил на него внимания, направился сразу к задней двери, которая была заперта изнутри. Я поднял засов, отворил и вышел наружу.

На улице я увидел женщину, стоявшую перед входом. Свет, проникавший в переулок через открытую дверь, был тусклым, но я разглядел, что это негритянка.

Не помню, как она была одета. Она была не черной как сажа, а со светло-коричневой или даже желтоватой кожей, это точно. Я был так удивлен, что остановился, а она обратилась ко мне и сказала:

– Иди скажи Джиму Гордону, что я пришла за ним.

Я спросил:

– Кто ты, черт возьми, такая и кто такой Джим Гордон?

На что она ответила:

– Мужчина, что сидит сейчас за столом один-одинешенек. Скажи ему, что я пришла!

Я похолодел от страха – не могу сказать почему.

Я повернулся, вернулся в помещение и окликнул типа за столом:

– Вы Джим Гордон?

Он поднял голову, и я увидел, что его лицо бледное и изможденное.

– Кто-то хочет вас видеть, – сказал я.

– И кто же? – решил уточнить он.

– Высокая женщина-мулатка – там, на улице, – пояснил я.

При этих моих словах он поднялся со стула, опрокинув его вместе со столом. Я решил, что он сошел с ума, – и отступил от него.