Восходящая Тень

В голосе ее прозвучало такое неподдельное участие, что Илэйн и вправду чуть было не разрыдалась.

«О Свет! – подумала она. – Нет, такой глупости я себе не позволю. Ни за что. Плачущая женщина все одно что корзина без дна».

В свое время Лини научила ее множеству таких поговорок.

– Три раза! – воскликнула Найнив, обращаясь к Морейн. – Всего три раза вы соглашались помочь нам допросить их. На этот раз вы умчались прежде, чем мы успели начать, а теперь преспокойно заявляете, что отошлете пленниц в Тар Валон! Если не помогаете нам, то, по крайней мере, не мешайте!

– Не слишком полагайся на авторитет Амерлин, – холодно отозвалась Морейн, – может, она и послала тебя выслеживать Лиандрин, но, какие бы грамоты ни были тебе вручены, ты всего лишь принятая, и, увы, чрезвычайно невежественная.

Или ты собралась допрашивать их здесь вечно? Видно, у вас в Двуречье принято оттягивать принятие необходимых решений.

Глаза Найнив округлились, она открыла и закрыла рот, словно пытаясь сообразить, на какое из обвинений ответить прежде, но Морейн уже обернулась к Илэйн и Эгвейн:

– Возьми себя в руки, Илэйн.

Не знаю, как ты можешь выполнять повеления Амерлин, если считаешь, что повсюду такие же обычаи, как у тебя дома. Не понимаю, отчего ты так расстроена, но нельзя допустить, чтобы твои чувства задевали других.

– Что вы имеете в виду? – спросила Эгвейн. – О чем вы толкуете, о каких обычаях идет речь?

– Берелейн побывала в покоях Ранда, – не сдержавшись, произнесла Илэйн дрожащим голосом.

Она виновато глянула на Эгвейн. Да, не надо было выказывать свои чувства.

Морейн наградила ее укоризненным взглядом и вздохнула:

– Я не собиралась говорить тебе об этом, Эгвейн. И не сказала бы, а вот Илэйн позволила гневу на Берелейн взять над собой верх. В Майене обычаи не такие, как в Двуречье. Я знаю, Эгвейн, какие чувства ты испытываешь к Ранду, но тебе пора понять, что из этого ничего не выйдет.

Он принадлежит Узору и истории.

Не обращая внимания на Айз Седай, Эгвейн впилась взглядом в Илэйн. Та хотела отвести глаза, но не смогла. Неожиданно Эгвейн приложила ладонь к губам и, склонившись к подруге, прошептала:

– Я люблю его. Как брата. А тебя – как сестру. Желаю тебе счастья с ним.

Глаза Илэйн расширились, на лице медленно расцвела улыбка.

– Спасибо, – растроганно пролепетала она. – Я тоже люблю тебя, сестрица. Благодарю тебя.