Великая охота

Амерлин редко удостаивала кого-либо аудиенцией без присутствия хранительницы, тем более сестру, которую есть все основания наказать.

Дверь открылась и закрылась за Лиане. Она ни словом не обмолвится в приемной о том, что происходило здесь, но известие, что Морейн осталась наедине с Амерлин, распространится среди Айз Седай в Фал Дара словно лесной пожар по сухостою, и наверняка оно послужит пищей для размышлений и предположений.

Едва дверь закрылась, как Амерлин встала, и у Морейн на миг защипало кожу – так бывало всегда, когда другая женщина направляла Единую Силу.

– Не знаю, научился ли кто твоему старому фокусу, – заметила Амерлин, легко коснувшись пальцем голубого камня на лбу Морейн, – но у большинства из нас есть свои маленькие хитрости, не забытые с детства. В любом случае никто не услышит того, что будет сейчас нами сказано.

Вдруг она обвила Морейн руками; Морейн обняла ее в ответ – теплые объятия старых подруг.

– Ты одна-единственная, Морейн, с кем я могу вспомнить, кем была. Даже Лиане всегда ведет себя так, будто я стала палантином и жезлом, пусть мы даже остаемся одни с нею, будто мы никогда не хихикали, будучи послушницами. Иногда мне хочется, чтобы мы по-прежнему оставались послушницами, ты и я. Такими наивными, чтобы видеть все будто обернувшейся явью сказкой менестреля, такими простодушными, чтобы думать, будто мы найдем мужчин – они обязательно принцы, помнишь, красивые, сильные, добрые? – которые могли бы выдержать жизнь вместе с женщиной, обладающей силой Айз Седай.

– Мы – Айз Седай, Суан. У нас есть долг. Даже если б мы родились без дара направлять Силу, отказалась бы ты от долга ради дома и мужа, пусть даже принца? Я в это не верю. Это мечта деревенской кумушки. Даже Зеленые не заходят в своих мечтах так далеко.

Амерлин отступила на шаг:

– Нет, я ни за что не отказалась бы. Нет. Но бывают минуты, когда я завидую той деревенской кумушке. В этот самый момент я почти ей завидую. Морейн, если кто-нибудь, даже Лиане, прознает, что мы замышляем, нас обеих усмирят. И не могу сказать, что в этом случае они будут не правы.

Глава 5

Тень в Шайнаре

Усмирят. Слово, будто став видимым, осязаемо дрожало в воздухе.